Точнее, на камень на моем безымянном пальце.
— Ты не представляешь, как тебе повезло, — тихо бормочет она.
Мои глаза закрываются.
— Ты это уже говорила, Грета. Тысячи раз.
В тот момент, когда я войду в Grand Hotel Висконти под руку с Альберто в следующую субботу, начнется обратный отсчет до свадьбы. Все начнется с вечеринки по случаю помолвки, затем будет примерка свадебного платья и дегустация торта, встречи с пастором и ужины с большой семьей, а затем ровно через две недели все закончится тем, что я пойду к алтарю.
Или, что более вероятно, меня потащат к алтарю. Потенциально брыкающейся и кричащей.
Одна неделя и один день. Это все время, которое у меня осталось, чтобы притворяться, что этого на самом деле не произойдет.
— Прежде чем ты уйдешь, напомни мне ещё немного припудрить твой нос, — Грета встает во весь рост и прищуривает глаза. — Почему ты так сияешь? — она делает шаг назад. — Ты заболела?
Я с шипением выдыхаю сквозь щель между зубами и разглаживаю перед своего платья.
— Я в порядке.
Я не в порядке, и не чувствовала себя в порядке с тех пор, как мы с Анджело прокатились на машине в среду. С тех пор, как я стояла на крыльце и смотрела, как его задние фары растворяются в сером горизонте, у меня под кожей поселилось сильное беспокойство. Как будто пребывание с ним в маленькой машине в дождливый день превратило мою кровь в сироп. Это неприятное чувство, сродни тому, когда я выхожу на улицу первым делом утром, и хотя небо чистое, а прогноз погоды предсказывает солнце, я знаю, что вот-вот пойдет дождь.
Это необъяснимо. Зловеще. От этого волосы у меня на затылке встают дыбом, а между лопатками сгущается напряжение, и все же я не могу понять, почему.
Это всего лишь дождь.
А Анджело — всего лишь мужчина. Который мне даже не нравится.
Я сижу в гробовой тишине, пока Грета теребит мои кудри. Микс из жженых волос и лака для волос обжигает мне ноздри, а виски покалывают под тяжестью ее расчески. Закончив, она делает шаг назад и одаривает меня натянутой улыбкой.
— Ты похожа на Мэрилин Монро.
Это было бы комплиментом, если бы ее тон не был таким горьким.
Мой взгляд лениво опускается на свое отражение. Обычно меня не смущает неузнаваемое лицо, уставившееся на меня в ответ, но я должна признать, что сегодня я действительно выгляжу особенно впечатляюще. Серебряное платье мерцает под белыми лампочками на туалетном столике, и мои волосы, в кои-то веки, не такие прямые и скучные.
