— На кой хрен тебе нужна карта? Ты забыла, где прожила всю свою жизнь?
— Нет, — фыркает она, роясь в своей сумке в поисках ручки. — Ты будешь удивлен, сколько раз я натыкалась на заблудившихся туристов в лесу. Время от времени они забредают слишком далеко от своего пятизвездочного отеля в Бухте Дьявола в поисках расслабляющей прогулки на природе. Кажется, они никогда не понимают, что это не тот тип парка. Мне нравится, когда у меня есть ориентир, чтобы помочь им.
Я стою у нее за плечом, моя грудь касается ее спины.
— Звучит так, как поступила бы хорошая девочка.
Ее спина напрягается, птичье ругательство вылетает шепотом. Затем она склоняется над картой и начинает что-то черкать на разных участках дрожащим почерком.
Когда она встает, я оказываюсь прямо за ее спиной. Ближе, чем она ожидала. Достаточно близко, чтобы услышать вздох, сорвавшийся с ее губ, когда ее задница задевает мой пах. Достаточно близко к ней, чтобы мой член дернулся.
— Эм, — выдыхает она, проводя пальцами по карте. — Я поставила крестик рядом с адресами всех, кого я знаю в Яме, которые соответствуют описанию человека, убившего твою маму.
На самом деле никто из них не преступник, но и образцовыми гражданами их назвать нельзя.
Я почти не слушаю. Я слишком занят, играя роль арбитра в споре между моим мозгом и моим членом. Мой мозг побеждает, и я делаю шаг назад.
— Спасибо, — бурчу я, сворачивая карту и засовывая ее в карман пиджака.
Я направляюсь к водительскому сиденью, но что-то тянет меня за лацкан пиджака и останавливает.
Нахмурившись, я опускаю взгляд и вижу, как маленький кулачок Рори сжимает мой пиджак. Мой взгляд возвращается к ее лицу.
— Ты что-то хочешь сказать? — ледяным тоном спрашиваю я.
В моем тоне слышится угроза, но это не заставляет ее вздрогнуть. Вместо этого она с вызовом встречает мой взгляд.
— Я, эм… Я думаю, нам следует ненадолго остаться.
Блять. Почему ее голос сжимает мой член, как тиски? Он низкий и тягучий. Полный жара и недобрых намерений.
Я усиливаю свой свирепый взгляд и скрежещу коренными зубами.
— А я думаю, нам следует сесть в машину и поискать человека, который убил мою мать.
Она прикусывает нижнюю губу, медленно кивая.
— Или… мы могли бы ненадолго остаться.
Похоть подступает к моему горлу, слишком густая и сладкая, чтобы ее проглотить. Я знаю, чего она хочет, это написано на ее идеальных чертах лица. Несмотря на протесты моего мозга, мой член покалывает от желания, чтобы она это сказала.
Ее взгляд останавливается на церкви.
