Она так и делает, пробираясь по грязной тропе, не заботясь о том, что ее ярко-белые кроссовки теперь грязно-коричневые или что ее джинсы грязные. Мне тоже все равно, все, на чем я могу сосредоточиться — то, как хорошо держать ее руку в своей. Наконец-то, черт возьми, прикоснуться к ней, даже если это будет самым невинным способом из всех возможных.
Господи. Эта девушка превратила меня в двенадцатилетнего девственника.
Вскоре деревья редеют, и мы добираемся до озера. Я окидываю взглядом воду.
— Какую бы редкую птицу, рыбу или гребаное насекомое ты ни захотела мне показать, этого будет недостаточно, чтобы убедить меня позволить тебе остаться здесь.
— Мы здесь не для этого, — тихо говорит она. Она отдергивает руку, и я неохотно отпускаю ее. Она достает свой мобильный из сумочки и отправляет сообщение.
Я изучаю ее.
— Ты нервничаешь.
Ее глаза встречаются с моими из-под густых ресниц.
— Я никогда раньше не приводила парня знакомиться со своим отцом.
Я набираю полную грудь воздуха и выпускаю его с тихим шипением.
— Рори, я…
— Пожалуйста, — шепчет она. Раздражение вспыхивает, как пламя, в моей груди, когда она снимает гребаное обручальное кольцо с пальца и засовывает его в карман. — Просто подожди.
Засунув руки в карманы брюк, я прислоняюсь к дереву, глядя на озеро. Проходит несколько мгновений, прежде чем у Рори звонит сотовый. Она смотрит на экран, прерывисто вздыхает и кивает.
— Пойдем.
Она ведет нас к причалу на полпути к озеру. В конце него есть маленькая хижина, и внутри я могу разглядеть две движущиеся фигуры.
Когда мы подходим ближе, из нее выходит женщина и спускается по трапу нам навстречу. Когда она замечает меня, то замедляет шаг и останавливается, ее лицо бледнеет.
— Signor Висконти, — медленно произносит она, бросая взгляд на Рори. — Я не ожидала…
— Все в порядке, Мелисса. Он со мной, — тон Рори резкий. Она проходит мимо нее и добавляет: — Ты не могла бы подождать здесь сегодня?
Рот Мелиссы открывается и закрывается так же быстро.
Ей удается кивнуть.
Я иду за ней к причалу, идя в ногу с ней.
— Кто это?
— Одна из сиделок моего отца. Она достаточно милая, и мой папа любит ее, но ее нанял Альберто, так что…
Ее фраза обрывается, и я киваю. Ей больше не нужно ничего объяснять. Но все же я не знал, что ее отцу нужен опекун.
У двери хижины она протягивает руку, не давая мне войти. Ее глаза поднимаются к небу, и она делает глубокий вдох, прежде чем нацепить на лицо ослепительную улыбку.
