Два мента с «калашниковыми», один гражданский с пистолетом и еще трое в каких-то кожаных куртках и штанах. «Ночные ангелы», почему-то вспомнилось ей. Как те, которых она убила на заправке. Ангелы смерти.
Глухой удар, шелест осыпающегося стекла.
– …твою мать!!! – прогремел голос Ящика.
– Стреляй, Пашенька!!! Они рядом!!! – Она вскидывает травмат, нажимает спуск – раз, второй, третий…
Выстрелы звучат громко, но пистолет слабо дергается в руке, напоминая, что пули легкие, резиновые, летят недалеко…
Фигуры рванулись в стороны, но было поздно.
Вспышка, оглушительный грохот, свист картечи, еще вспышка, еще… Как пушка вступила в дело! Одна тень кулем повалилась на землю, остальные залегли. Фары погасли, но это ничего не изменило – Мамочка все видела. Словно внутри у нее включилось ночное кошачье зрение, о котором она раньше даже не догадывалась, как о своей второй сущности.
Она видит безумные глаза Павла, расширенные, во всю радужку, зрачки, капли пота на переносице. Он выставил ствол «Сайги» в разбитое лобовое стекло и палит в темноту, как в копеечку.
Она видит, что один полицейский ранен, катается по земле, зажимая простреленное плечо. Ага, получил! И бронежилет не помог! Мамочка зарычала от переполняющего ее восторга и злобы. Она видит, что остальные изготовились к стрельбе, хотя троим стрелять не из чего. Она видит, что среди нападающих царит испуг и растерянность. Уцелевший полицейский все же пускает длинную очередь наугад, пули с визгом впиваются в металл, машина ощутимо вздрагивает.
Но она видит, что Пашенька цел, он вываливается из машины и на четвереньках отползает в сторону. Подбегает, подхватывает его под локоть, увлекает в темноту.
– Ты подстрелил одного! Уходим! Где Светка?
Светки нет. Спряталась где-то? Или убили? Да нет, ее не убьешь, убежала, бросила своих на произвол судьбы… Вот волчье семя!
– Светка!!!
Они забегают в лесополосу, уходят все глубже, оставляя между собой и преследователями стволы густо стоящих деревьев. Острые колючки рвут одежду и тело, но это не главное, главное – укрыться от пуль и оторваться от преследования…"
"«Тра-та-та!!!» – гремит сзади очередь.
Рвется металл, крошатся стекла.
– Пропала машина, – стонет Павел.
– Другую добудем, – успокаивает она. – На трассе тачек много!
Трещат ветки и сучья под ногами преследователей. Но что-то их, вроде, стало меньше… Павел повернулся, пальнул на звуки, круглая пуля, рикошетируя, с визгом зашлепала по стволам деревьев.
