Аромат смерти

Путешествие все-таки не было пустой тратой времени, потому что господин Чэн вспомнил название похоронного дома, который до сих пор работал. Иви достаточно было сослаться на босса, и коллеги по бизнесу, из уважения к нему, сообщили ей всё, что знали про ту контору. Хотя списки гостей церемонии давно пропали, осталось видео с похорон.

– Я конвертирую его для вас и отправлю ссылку, – ответил Иви любезный служащий. – Если понадобится еще что-нибудь, обращайтесь.

Портрет Уэйна Чэна становился более объемным – и более тревожным.

Его младший брат пропал по дороге из школы. Месяц спустя бездомный нашел его тело, зацепившееся за опору моста. Признаков убийства полиция не обнаружила. Ребенок вечно убегал куда-нибудь поиграть. Семья не потребовала вскрытия, поэтому дело закрыли, списав гибель мальчика на случайное падение в реку.

Есть слово для детей, потерявших родителей, – сироты; но нет слова для родителей, потерявших детей. Возможно, потеря от этого становится еще более невыносимой. Не справившись с горем, мать Уэйна обратилась к религии.

Она читала сутры, следовала вегетарианской диете, часами молилась, обращаясь к богам за помощью. Покупала свитки, статуэтки божеств и святую воду. Отца выматывала забота о ней. Маленький Уэйн жил в тени смерти младшего брата; существовал в собственном доме, словно воздух.

Младшего брата Уэйна звали Чэн Вэньцзюй. Иви негромко произнесла его имя. Была ли его смерть случайностью? Или это все-таки убийство, как и так называемое самоубийство Уэйна? В день, когда это произошло, братья в школе поссорились из-за игрушки.

После уроков Уэйн не стал дожидаться младшего, как делал обычно. Он пошел домой – и больше никогда не видел маленького Вэньцзюя.

Уэйн так и не простил себя, и родители, судя по всему, тоже его не простили. Всю жизнь он мечтал о родительской любви, которой не мог добиться. Он вырос чувствительным и деликатным молодым человеком, который прекрасно рисовал и был отзывчив и внимателен к пациентам в госпитале. А также эмоционально нестабилен, с низкой самооценкой и без всякой уверенности в себе.

Мертвый младший брат связывал его с Иви, а отсутствующие альбомы – с Джиджи Чан. И хотя конкретных улик у нее не было, Иви ощущала эту связь. Она листала более ранние рисунки Уэйна – те, что дал ей господин Чэн, – вспоминала карандаши и кисти у него на столе. Восстанавливала у себя в голове иллюстрации из потайного ящичка у Джиджи Чан в гардеробе.

А что насчет Ханса? Может, он тоже любил рисовать?

Иви понятия не имела.