Аромат смерти

Стол ломился от яств – там было все, что Иви любила: соленые и жирные блюда с насыщенным вкусом, идеально приготовленные. Настоящий пир. В ресторане такое количество еды подали бы на десять человек. Иви стояла над столом, раздираемая противоречивыми чувствами. Она была удивлена и одновременно не могла не признать, что ее мать отлично готовит. Иви знала это по слабым воспоминаниям об их былых праздниках, в те дни, когда у нее еще был дом. Потом она привыкла разогревать в микроволновке еду из гипермаркета и питаться одним и тем же по несколько дней кряду, до отвращения.

Иви вспомнила, как вставала на цыпочки, чтобы достать из верхнего шкафчика кастрюлю и сварить ту курицу. Сколько раз ей приходилось опускаться на четвереньки, чтобы вытереть с пола разлитый бульон или собрать осколки посуды в газету…

Тени прошлого не развеялись от внезапного света. Свет, безусловно, ослеплял, но казался нереальным. Он был слишком уютным, слишком нормальным. Теплая встреча матери с блудной дочерью.

Иви не знала, что принимать за норму.

Она так и стояла в сомнениях. Что делать – раскладывать приборы или нести рис?

– Давай-ка садись, – сказала мать, предупредив ее порыв.

Иви села и стала наблюдать за ней. Мать принесла полную миску великолепно сваренного риса, потом протянула ей палочки.

– Спасибо, – неловко поблагодарила Иви.

Мать включила радиоприемник, стоявший возле телевизора.

Мать все выносила и выносила тарелки из кухни – сейчас у нее в руках была тыква с соленым яйцом.

– Суп из курицы с ананасом еще на плите, я подам его попозже.

– Еды чересчур много.

Словно боясь, что Иви откажется есть, мать присела рядом с ней.

– Да ну, ерунда. Парочка простых блюд. Надо пойти принести еще пустую миску. Я сходила за приправами к другому торговцу. Попробуй бульон – мне сказали, что специи сладкие. – Мать выложила баранину в миску, налила сверху немного бульона и поставила миску перед Иви. – Народу на рынке сегодня было немного, я быстро управилась. Потом пришла домой и приготовила кое-что на скорую руку.

Ешь, пожалуйста.

Иви нахмурилась и попробовала кусочек. Потом еще один. По ее лицу не было видно, нравится ей или нет. Мать, кивнув, взяла свои палочки и попыталась завести разговор.

– Вкусно? Хорошо пахнет, правда? Возьми еще немного. Я ее пожарила с чесноком; ешь, сколько захочешь. Не слишком остро? – говорила мать.

– Угу. Правда хорошо. Мне хватит. М-м-м… Нет. – Таковы были ответы Иви.

На самом деле ей хотелось сказать: «Я больше не чувствую ни запаха, ни вкуса.