Авоська с Алмазным фондом

Может, вскоре и алмазы из покойников перестанут нас коробить, отношение к останкам человека – это морально-этическая проблема. Но ты не уловил главного, придется повторить: ни один ювелир не способен на глаз отличить «мертвый» камень от природного, для этого нужна консультация специалиста. Но если кольцо или кулон продается в магазине, то сомнений в подлинности изделия, как правило, не возникает, ведь к нему прилагается сертификат качества.

– Хотите сказать, что Вилковские использовали пепел кремируемых для получения камней, а потом сбывали их, договорившись с торговлей?

– Работа приучила меня к тому, что все невозможное чаще всего возможно, – пожал плечами Стеклов.

 – Нет, возникла другая версия. Оборудование для производства алмазов дорогое, где профессор взял на него деньги? Я предположил, что Вилковский сотрудничал с криминальными структурами. В начале пути, когда профессор придумывал методику, экспериментировал с ней, материал для опытов ему добывала жена, работница крематория. Но потом, когда ученый отшлифовал процесс, он стал работать на бандитов. Камушки-то они с женой умели делать, а вот как обменять их на рубли?

Я переварил услышанное.

– Если дело поставили на поток, то им понадобилось много золы. Где ее брали?

– Ну ты спросил… – удивился хозяин дома. – В Москве и области не один крематорий. Вилковскому привозили все необходимое. Преступники могли использовать и другой вариант: одним выстрелом двух уток угрохать. Убрали неугодного человека – получили брюлик в подарок. Просто так, в качестве десерта.

– Жесть, – повторил Игорь. – Думал, меня ничто не удивит, но это уж чересчур.

Сергей Данилович поехал к чайнику.

– Камушки получались, грубо говоря, из ничего, причем качество алмаза не зависело от того, чей прах послужил для него сырьем: бандит, бомж или приличный член общества. Девяностые – темное время, я мог бы рассказать, как черные риелторы семьями народ на тот свет за квартиры отправляли. А уж сколько рядовых «быков» на «стрелках» полегло, вообще никто не считал. Матери пороги отделений милиции обивали, рыдая: «Сын не пришел домой!» Думаете, поисками пропавших упорно занимались? Нет.

Люди исчезали без следа, и кое-кого кремировали тайно в подпольных установках.

– И что случилось с Вилковскими?

– В разгар следствия меня ранили, – сообщил Сергей Данилович. И, поймав мой взгляд, брошенный на инвалидное кресло, пояснил: – Нет, в каталке я после операции на тазобедренном суставе временно оказался, две недели как из больницы выписался.