Авоська с Алмазным фондом

Потом он сгреб трясущегося Демьяна в охапку, прошел в центр комнаты и устроил пса на длинном операционном столе, покрытом нержавеющей сталью.

– Извините, – сконфузился Борис и, стуча железной конструкцией на ноге о пол, отошел к стене, – я впервые на приеме у ветеринара, не сообразил, куда Людвига Ван Иоганна Вольфганга Цезаря Брут Ницше класть следует.

Юный Павел Андреевич вскинул брови.

– Вы их всех привезли?

– Кого? – не понял я.

– Ну, Людовика, Ваню, Цезаря… – начал перечислять врач. – Не заводите их коллективом, я осматриваю пациентов по одному.

– Нет, это кличка Демьяна, – пояснил я. – По паспорту он…

– Людвиг Ван Иоганн Вольфганг Цезарь Брут Ницше, – без запинки оттарабанил батлер.

– Ясно, – кивнул врач. – Присядьте, пожалуйста. Если хотите, можете подождать в коридоре.

– Лучше тут, – хором ответили мы с Борисом.

Павел Андреевич пошел к небольшой раковине и начал тщательно мыть руки.

– Не волнуйтесь, на первый взгляд ничего страшного не вижу, пес адекватен.

– Нет. Почему вы так решили? – удивился Борис.

Павел взял бумажное полотенце.

– Пока я не осматривал собаку, но вы принесли ее, завернув в дорогой летний светлый пиджак. Обычно так поступают хозяева, если их питомец стал жертвой наезда. Скидывают с себя одежду, хватают раненого – и к нам. Если прибегают из дома, то закутывают больного в полотенце, одеяло, пеленку.

– Пиджак! – опять одновременно отреагировали мы с Борисом. Потом я сказал: – Схватил в ванной первое, что попалось под руку.

– Ага, – кивнул Брунов и подошел к Демьяну. Голос его стал ласковым: – Ну, малыш, не дрожи, сейчас мы тебя вылечим…

Минут через пять врач отошел от стола, снова вымыл руки и нажал на кнопку в стене. Тут же появилась симпатичная девочка в голубом халате.

– Мопса, – сказал ей Павел Андреевич, – у нас случай тридцать два эм. Приготовь все необходимое и отвези собаку.

Медсестра, обладательница странного имени «Мопса», улетучилась.

– Что с ним? Куда пса отправят? Он умирает?

Звериный доктор сел за письменный стол.

– Успокойтесь, собака будет жить. Давайте…

– Все готово! – отрапортовала Мопса, врываясь в кабинет.

Потом она ловко завернула трясущегося Демьяна в темно-синюю одноразовую простыню и унесла.

– Разрешите пойти с Людвигом Ван Иоганном Вольфгангом Цезарем Брутом Ницше! – взмолился Борис.