— Сколько их у тебя? — улыбнулась Надя.
— Да все тот же, все тот же... Впереди переезд... Шлагбаум опущен... И «мерседес» стоит. Он бы не стоял, если бы Бевзлин знал, что это мы приближаемся к нему...
— Сейчас узнает, — проговорил Пафнутьев. — Имейте в виду — они вооружены.
Подозреваю в «мерседесе» тоже небольшой арсенал.
— Конечно, — сказал Шаланда.
Бевзлин уже знал, кто приближался в его «джипе». Оставшиеся на дороге амбалы сумели связаться с ним по телефону и предупредить. Едва «джип» приблизился к «мерседесу», из него вскочил человек.
— Это Шанцев, — негромко сказала Надя. — На нас вышла вся банда, в полном составе.
— Ложись! — скомандовал Андрей, и этот его крик оказался как нельзя более своевременным. Едва все в «джипе» успели пригнуться, как хлесткая автоматная очередь полоснула по стеклам, превратив в крошево все сверкающее великолепие машины.
Андрей приподнялся первым и, увидев красные огни уходящего «мерседеса», тут же бросился в погоню. Он тоже не стал ждать приближающейся поезд, а сразу на скорости пронесся над рельсами. Теперь перед Андреем было уже не защитное ветровое стекло, а весенняя холодная ночь, наполненная ветром и пространством.
То ли автоматная очередь придала ему злости, то ли водил он отчаяннее, безрассуднее, нежели водитель «мерседеса», но только уйти тому далеко не удалось, и расстояние между машинами стало сокращаться. Вскоре показались контуры «мерседеса», в свете встречной машины можно было увидеть его пассажиров. Их было трое. Если все прикидки оказались правильными, то в машине были сам Бевзлин, водитель и Шанцев, который и расстрелял «джип» автоматными очередями.
Гудящий ветер рвал волосы, обдавал холодом, толкал к поступкам отчаянным и безрассудным. Это чувствовали все, и недавний смертельный риск, которому все подверглись, придал им чувство правоты и жажду возмездия.
— Кто там говорил про гранатомет? — раздался в гудящем холодном воздухе голос Шаланды.
— Ну? — сказал оперативник.
— Давай его сюда, — Шаланда, не оглядываясь, протянул руку назад.
