– Ну что, господин подпоручик, все нижние чины убыли, и потешаться над вами более уже некому? – задал вопрос командир. – А теперь посмотрите на себя со стороны, во что вы здесь превратились? Мундир на вас грязный и мятый, за три недели вы успели его изорвать, а починить его недосуг было? Амуниция на вас сидит как седло на списанной на живодерню старой кобыле. Сапоги не почищены, сами не умыты, а изо рта перегаром несет. И вот это бравый гвардеец, который принимал участие в блестящих парадах. Позорник вы, сударь, и на посмешище выставляете себя вы сами, а не я!
– Господин подполковник, я попросил бы не оскорблять меня! Я офицер и честь имею! – взвился Самойлов.
– Да какой вы офицер? – оглядывая подпоручика с презрением, тихо произнес Егоров. – Вас вон даже свои солдаты не уважают! Были бы вы, Николай, просто рохлей, но с человечностью и с добрым нравом, так они бы и сами вам помогли. Отмыли бы вас, неразумного, отстирали да очистили, подшили бы аккуратно и опекали как маленького, но слегка эдакого глупого ребенка.
Но повторяюсь: если бы вы были с ними человеком, а не!.. – и он сплюнул себе под ноги. – Вы ведь не просто нас, офицеров, в глазах нижних чинов позорите, а и такого высокого начальника, как… как ваш дядя. Я не буду даже произносить здесь его имя. Соберитесь уже, подпоручик. Изменитесь, пока у вас еще есть время! Поймите, сейчас, пока еще здесь мир, вы можете барахтаться, и пусть даже так позорно, как вот сейчас, но все же у нас служить. А вот как только начнутся настоящие боевые действия, то я за вашу жизнь вообще не ручаюсь.
Вы покойник, Николай! После первого, ну, самое большее после второго боя вас непременно зароют в землю ваши же солдаты. И вы оставите о себе память как о никчемном, бестолковом и дурном человеке. Как вам такое?
«Такое» Самойлова не прельщало. Да и не разговаривали с ним так еще никогда. И ведь не оборвешь, не заткнешь рот подполковнику, как бы горько ни звучали из его уст обидные упреки. Чувствовал Николай его правоту и справедливость. Поэтому стоял молча и краснел.
"
"– Идите, господин подпоручик, – сказал со вздохом Егоров. – Приведите уже себя в порядок и занимайтесь со своими людьми. Учите их, как правильно воевать нужно, если, конечно, и сами знаете. Все-таки за спиной у вас целый шляхетский корпус и даже служба в гвардии, а это как-никак настоящая кузница кадров для нашей армии. Вы же не просто там штаны протирали или на балах ряженым мотылем порхали? Ну, вот и покажите, как правильно нужно воинскую службу править.
