– Что, не ожидал меня во Владимире увидеть? И обиделся, небось, что в Суздале не попрощался, денежку за работу не дал? Так?
– Так, – не стал увиливать я.
– Плохо же ты обо мне подумал, Юрий, но думаю – сам я в том виноват. А повертайся-ка, лекарь. Что видишь?
– Дом вижу, скоморохов да слуг твоих.
– Дом – это мой тебе подарок, в благодарность за спасение от погибели верной жены любимой.
– Нет, что ты, Михаил, это много, это чересчур.
– В самый раз. Дороже и ближе жены и детей у меня никого нет.
Так что прими дом в дар от купца Михаила Гладкова и владей!
Купец полез за отворот кафтана и достал оттуда бумагу, свернутую рулоном.
– Держи купчую на твое имя!
– Спасибо, не ожидал!
– И помни купца Гладкова! Кто добро мне сделал – вознагражден щедро будет, такая у меня душа.
– А почему дом решил подарить?
– Когда искал тебя, люди сказали, что угол у Ефросиньи снимаешь. Несолидно! Руки золотые, а жилья своего нет. Как Пелагея на поправку пошла, я и отправил во Владимир приказчика своего, из расторопных, чтобы дом выбрал получше, каменный – не развалюху какую.
– Ну, спасибо, удружил. Честно говоря, я и сам давно о доме подумывал.
– По сердцу, значит, подарок! Это славно, угодил, стало быть.
– Угодил, Михаил.
– А где ты пропадал так долго? Заждались уж мы тебя.
– На обратном пути к знакомым заезжал.
– Ну да, ты же не мог знать о доме. А говорить раньше времени я не хотел, чтоб сюрприз был.
– Я из-за такого сюрприза чуть холопа твоего без малого не порешил.
Привел в незнакомый двор, живности нет, людей нет. Я уж было решил – недоброе.
– То-то я нож у тебя в руке приметил, подумал – показалось.
– Не ошибся.
– Ну что, нам в обратный путь пора, засиделись тут, тебя ожидаючи.
– Куда же вы на ночь? Дом-то пустой, никого нет. Располагайтесь.
– И правда, ехать поздно.
Купец махнул рукой. Музыка, если так можно назвать вопли дудок, жалеек и стук бубна, стихла.
Приказчик сыпанул мелочь музыкантам, и те вышли со двора. И долго еще слышались звуки инструментов уходящих по улице скоморохов.
– Михаил, я пойду к себе, устал я что-то.
– Не могу задерживать. Завтра с утречка холоп ключи занесет.
– Не беспокойся, я сам приду. Оглядеть дом надо.
– Дело хозяйское.
Мы обнялись. Я попрощался, взял коня под уздцы и пошел к бабке Ефросинье.
Утречком развернул купчую – все честь по чести: мое имя и фамилия.
