Белый асфальт

Тайга еще спала под снежным покрывалом, деревья стояли величаво и неподвижно, словно молчаливые стражи затерянного места. В воздухе пахло морозом и свежестью. Серебристая дымка рассвета медленно вплеталась в густой снегопад, придавая очертаниям предметов ирреальную размытость.

Стерхова обошла избушку, но снегоход Сизова не нашла. На нее накатила паника, сознание отчаянно искало выход.

Вдруг у тыльной стены избушки взгляд выхватил кучу снега. Она чуть копнула и увидела снегоход, заваленный лапником и засыпанный снегом.

Превозмогая жуткую боль в ноге, Анна стала расчищать его руками, отгребая в сторону ветки и снег. Пальцы быстро онемели, но она, стиснув зубы, продолжала работу. При этом ловила ухом посторонние звуки, страшась услышать рокот вертолета. Он мог прилететь в любую минуту.

Когда снегоход был освобожден, Анна откатила его от стены и вставила ключ в замок зажигания. Повернув, услышала беспомощный рык двигателя, который закашлялся и заглох. Сердце замерло. Еще одна попытка: она повернула ключ.

На этот раз двигатель ожил, выпустил облако сизого дыма и заработал ровным, уверенным гулом.

Стерхова осторожно перекинула ногу через сиденье, чувствуя, как тело заходится болью. Усевшись на снегоход, сжала руль, вдохнула всей грудью и подняла глаза. В рассветной дымке, за пеленой идущего снега она увидела сову, которая сидела на камне-плахе. Склонив голову на бок, огромная птица смотрела на Анну.

Определившись с направлением, Стерхова нажала на газ.

Снегоход рванулся вперед, оставляя за собой след, который через несколько секунд укрыл снегопад. Пригнувшись, она устремилась в молчаливую глубину тайги.

Машина урчала, пробиваясь вперед, и каждая неровность, каждое корневище, скрытое под снежным покровом, отзывались в теле Анны пронзительной болью.

Тайга постепенно оживала. Рассвет наполнял ее призрачным светом, превращая заснеженные ветви деревьев в прозрачные кружева. А снег валил и валил, давая надежду на спасение.

Время от времени Стерхова сверялась с картой. Когда на ее пути попадались заваленные снегом замерзшие ручейки, ей приходилось притормаживать. Она напряженно смотрела перед собой, стараясь объезжать выступавшие камни и опасные промоины. Пару раз снегоход кренился, проваливался в ямы, и она с огромным трудом удерживала равновесие.

Каждое препятствие, каждый толчок взрывал тело болью. Казалось, оно вот-вот разорвется от невыносимых страданий.