Бесконечность

Мой друг, которого я знал всю свою жизнь, ни за что бы не сдался.

– Ты правда считаешь, что я должен попытаться еще раз? После всего того, что произошло здесь? А что, если я сделаю только еще хуже там, куда попаду в следующий раз?

Пожав плечами, Роско посмотрел мне в глаза:

– А что, если ты сделаешь лучше?

– Я ценю твою уверенность, Роско, но даже если ты прав, это в высшей степени спорно. Мне остается только вернуться домой. Я не могу больше никуда отправиться. Я не могу продолжать охоту на Дилана-убийцу, даже если захочу.

– Я не смогу вернуться в портал без Евы Брайер.

Роско вздрогнул, услышав это имя:

– Она психотерапевт, приславшая меня сюда. Это ей принадлежит мысль о мосте между Множественными мирами. Но, насколько я могу судить, в этом мире ее не существует. О ней нигде нет никаких данных.

Опустив руку в прохладную воду, Роско покачал головой:

– Господь и правда трудится изо всех сил, добиваясь желаемого.

– Что ты имеешь в виду?

– Я ее знаю, – ответил он.

– Ну, я не ручаюсь, что это твоя Ева Брайер.

Она не психотерапевт, это точно. Но я действительно знаю одну Еву Брайер, и меня нисколько не удивляет то, что ты не нашел в интернете никаких упоминаний о ней. Она наркоманка. Бездомная, уже много лет. Изредка она приходит в церковь за бесплатным обедом.

– Да, она очень умна, но давным-давно сошла с рельсов и так и не вернулась обратно. Больше того, по-моему, она когда-то училась в медицинском колледже. Ее выгнали за хищение лекарств, отпускаемых по рецепту. Дальше все становилось только хуже и хуже.

Несколько раз ее клали в больницу после передозировки.

– Это она! – уверенно произнес я. – Как мне ее найти?

– Если Ева Брайер еще жива, ты, вероятно, найдешь ее под железнодорожными путями к западу от моей церкви. Она обыкновенно ошивается там. Но я бы не рассчитывал на то, Дилан, что она сможет тебе помочь. Ева живет не там, где все мы. Бóльшую часть времени она проводит в других мирах.

Фонарь у железнодорожных путей был разбит, оставив тоннель впереди меня в кромешной темноте.

Я остановился у забора, охраняющего пустынную стоянку, заросшую травой. Используя телефон в качестве фонарика, я пошел по середине дороги. Асфальт был покрыт паутиной трещин, под ногами хрустели раскрошившиеся кусочки. Там, где слой асфальта полностью отвалился, была видна рыжая брусчатка. Над головой густые кроны деревьев нависали над железнодорожным мостом. Бетонные опоры были покрыты лентами плюща и зеленым мхом.

С низких сводов тоннеля стекала бурая вода.