Без царя в голове

Необходимо было перелезать через забор, что мы оба, по отдельности, и сделали ранее.

«Черт, и почему вместе с домом и забор не сгорел! — промелькнула в моей голове зловредная мысль. — Было бы сейчас намного проще».

Забор же, как назло, был сделан на совесть. И я прекрасно понимала, что перелезать через него в данной ситуации просто невозможно, так как Тимошин либо предпримет попытку смыться, либо снова набросится на меня.

Пока я размышляла, как преодолеть эту преграду, Тимошин краем глаза посматривал в мою сторону и довольно ухмылялся — мол, попробуй меня отсюда вытащить, хватит ли умишка.

Его усмешки меня ужасно разозлили, и я, пнув пленника коленом в живот, велела снова возвращаться в дом. Насколько я помнила, одна его стена едва ли не вплотную примыкала к забору, а значит, с крыши запросто можно было его перепрыгнуть.

— Ну и куда теперь? — остановившись в самой первой из комнат, полюбопытствовал задержанный. — Что, решила прямо тут пытать? — Он плюнул в сторону и прислонился к стене.

— Нет, планирую сбросить тебя со второго этажа! — рявкнула в свою очередь я и, ткнув Тимошина дулом пистолета, жестом показала, чтобы он шел наверх.

Рецидивист не стал спорить и поплелся по лестнице. Я поднималась следом, не отрывая глаз от его ног, которыми проще простого было спустить меня туда, откуда я лезла. На мое счастье, таких мыслей у Тимошина не возникло, а если и появились, то он не попытался применить их в реальности.

Мы взобрались на чердак, под остатки крыши. Я подошла к краю и глянула вниз.

Я глянула на стоящего в центре чердака Тимошина и спросила:

— Ну что, голуба, летать тебя не учили?

— Нет, только приземляться, — буркнул он мне в тон. — Ты чего, сигать решила? Ну валяй, может, как раз ангелом и станешь.

— Нет уж, хороший мой, ты впереди меня полетишь, чтобы мне было на что приземляться, — подталкивая его к краю, съязвила я.

"Тимошин остановился за шаг от него и, сдвинув брови, посмотрел вниз. Непонятно, почему он медлил. Пришлось рявкнуть и слегка подтолкнуть его. Мой пленник тяжело вздохнул и полетел на землю. Я последовала за ним.

Мы оба приземлились вполне нормально: я на ноги, а Тимошин на колени. Ему не удалось сохранить равновесие из-за того, что руки были связаны за спиной.