Блатные псы

Один будет ловить бандитов, другой – террористов, в них будут стрелять, но Гриша совершенно не будет ни за кого переживать. Да, Гриша?

– Вот! – Мама импульсивно вскинула кверху палец. – Вот когда станешь отцом, тогда все поймешь! – Она повернулась к Юле: – И не надо рожать сыновей! Рожай дочерей!

– Как скажете, Диана Михайловна, – с наигранной кроткостью улыбнулась Юля. Вид у нее был такой, как будто ей только что надели на палец обручальное кольцо.

Гриша закрыл глаза. Если Юля сейчас не уйдет, его стошнит.

Она глянула на него, как мышка на слона, в шкуре которого уже прогрызла дырку. Слон большой, сильный, но шансов у него нет. А будет сопротивляться, маленькая мышка заберется к нему под шкуру и защекочет до смерти… И ушла, тихонько закрыв за собой дверь.

– Хорошая девочка, красивая, умная… – начала мама.

– Из приличной семьи, институт оканчивает, – с кривой усмешкой подхватил Гриша.

– А ерничать не надо! Мне все равно, из какой она семьи! Тебе с ней жить, а не с ее семьей! Главное, чтобы она сама была порядочной!

– Порядочная, порядочная…

– Ты должен подать рапорт на увольнение! – решительно проговорила мама, сменив тему.

– И меня назовут трусом!

– А мне вот не все равно!

– Гриша, подумай обо мне! Подумай об отце! Он уже по ночам не спит! Все думает, как там! А у него давление! Сколько раз в тебя уже стреляли? Сколько это может продолжаться?.. Я вся на нервах! Вся на каплях! Скоро сама буду желтая, как валерьянка!

– Ну, хорошо, я подумаю… – сжалился он.

– Сколько ты уже думаешь? Все думаешь, думаешь, а воз и ныне там…

Дверь открылась, и в палату вошел отец. Гриша с облегчением вздохнул. Отец не хотел, чтобы он служил в полиции, но сам в душу не лез, для этого у него была мама.

– С палатой я договорился, условия там человеческие…

– Да и здесь нормально.

В палате, где находился Гриша, недавно сделали ремонт, здесь больше пахло краской, чем лекарствами. Возможно, не тот здесь уровень комфорта, как в платной палате, но его это не смущает, он человек не привередливый…

– Я уже договорился, – пристально посмотрел на него отец.

Высокий он мужчина, статный, с благородной проседью в густых волосах. Мягкие черты лица выдавали его незлобивый характер.

– Ну как скажешь, – пожал плечами Гриша. С отцом легче согласиться, чем спорить.

– Папа хочет сказать, что тебе пора увольняться! – вставила мама.

– Хорошо, уволюсь.