Больная родина

Все руководство города на нашей стороне. В Сичеславе сидит Колмогорский. Пусть он олигарх, но постоянно снабжает нас бабками.

Сергей практически не слушал этот бред. Он насторожился лишь при слове «Сичеслав». Кажется, так ярые националисты величают Днепропетровск.

— Только мы, Серега, болеем душой за нашу страну и точно знаем, каким путем ее вести. Народ за нас, он уже расшевеливается. Мощная армия под националистическим стягом!.. Вот помяни мое слово, не пройдет и двух месяцев, как мы заасфальтируем весь Донбасс, а через полгода погоним кацапов из Крыма.

Это же не народ, не население, а быдло низкосортное! Их убивать надо без жалости, а остальные тогда и не пикнут! — Коряка разлил, жадно выпил. — Так что, Серега, согласен? Оформляем кандидатом, членские взносы минимальные, назначаем испытательный срок. Делов-то — на пару «экшенов» съездить. Мы как раз собираемся в компании с милицией прижать одного производственника в Сичеславе. Его завод выпускает литиевые батареи, и есть слушок о связях данного типа с террористами. Можем на тебя рассчитывать?

— А с Петром Соенко что будет? — мрачно спросил Сергей. — Только не говори, что не знаешь, как Гладышев его бизнес уводит.

— Ах да. — Коряка удрученно почесал затылок. — Он же типа родственник твой. Не парься, договоримся с Гладышем.

«Хотел бы я посмотреть на это», — подумал Сергей.

— А училка-то наша еще самого прикольного не знает. — Коряка снова потянулся к бутылке. — А мы уже выяснили. Отпрыск ее, которого в армию забрали, в Сичеславе в госпитале лежит.

Написал матери, что легкое ранение, а у самого ноги напрочь отрезаны. Обидно!.. Их отделение попало под свою же бомбежку. Всех насмерть посекло, а ему только ноги оторвало. Пытался с собой покончить, но откачали. За правое дело пострадал. Жалко. А вот второго, Павла Ткаченко, даже и нет. Продался сепарам, воевал против наших парней. Луганск окружать начали, он жену с годовалым ублюдком в машину посадил, которая через гуманитарный коридор шла в Московию. А сам с ходу в бой — ну, успел там чего-то матушке чиркнуть. Из боя не вышел, снарядом накрыло, голову оторвало. Да и не жалко, все равно кочан. Семейство до границы не доехало, под обстрел попало. Две машины не успели проскочить. Жену на куски разорвало, но туда ей и дорога. Так что, братишка, подумал над моим предложением?

Он поднял голову. В глазах мелькнуло беспокойство, но ясным пониманием не обернулось. Просвистел кулак и вдребезги разбил носовой хрящ.