* * *
— А если бы я вас застрелил к чертям собачьим?! А?! Что еще за фокусы?! Что вы себе позволяете на самом деле?! Что вы о себе возомнили, вашу мать?! Что вам все можно?!
Он бушевал так уже довольно долго, распаляя себя и не зная, что именно скажет, когда бушевать станет уже бессмысленно.
Он орал, а она смотрела в окно, только костистый кулак подрагивал на черной обшивке сиденья.
Не такая уж ты, матушка, Снежная Королева. Морда ледяная, а кулачок-то дрожит.
— Выметайтесь из моей машины, — приказал он, внезапно остановившись, — у вас своя есть.
— И вам не интересно, зачем я влезла в вашу? — спросила она холодно.
— Представьте себе, нет, — любезно ответил он, — хотите признание написать, приходите на Петровку. А теперь выметайтесь, живо!
— Игорь Владимирович, — проговорила Алина спокойно и в первый раз за все время посмотрела на него, — давайте уже поговорим. Считайте, что я прочувствовала всю глубину вашего гнева и осознала собственное ничтожество.
Теперь вы должны спросить меня, что именно мне от вас нужно.
От ее тона он рассвирепел снова, теперь уже по-настоящему.
— Я никому и ничего не должен. Особенно тем, кто проходит у меня по делу о стрельбе и убийстве. Вылезайте, я еду домой.
Она не шелохнулась.
От злости он плохо соображал, но в эту минуту он так ненавидел ее, что, пожалуй, мог бы вышвырнуть на асфальт. Он даже представил себе, как она плюхнется в грязную талую воду, прямо на живот, на щегольскую норковую тужурочку, и очки слетят с высокомерного носа и, может, даже разобьются.
Если повезет.
Он дернул зажигание. Мотор взвизгнул и затих. Он дернул еще раз, вдавил газ, так что его бросило назад и в сторону, и вылетел со двора, как лихой летчик на новом истребителе. Непривычная к такому обхождению машина тяжело плюхнулась в лужу, выкарабкалась и понеслась по пустой улице. Грязная вода веером летела из-под колес.
Никоненко молчал, и она молчала тоже.
Будешь знать, как лезть в мою машину, думал он, в бешенстве выкручивая руль. Думаешь, раз у тебя очки за пятьсот долларов, значит, тебе все можно. Дверь как-то открыла, пальчиком в спину тыкала, еще просила не пугаться, зараза, сука!.. Вот сейчас сдам в ближайшее отделение за попытку угона машины, посидишь ночку в обезьяннике, посмотрим утром, какая ты оттуда выйдешь!..
Сажать ее в обезьянник он не стал.
