Брак по принуждению, или расплата за грехи отца

Из раны на груди кровь лилась толчками…

— Пожалуйста… Пожалуйста… Пожалуйста… Только не умирай… — молила я его.

Фил выворачивал содержимое аптечки.

Я и папа зажимали рану на груди Булата.

— Держись, Булат! Прошу тебя! Не вздумай умирать! — закричала я, не понимая, почему у меня перед глазами всё плывёт — это были слёзы.

— Крис… тина… — беззвучно произнёс он. Булат отчаянно хотел что-то сказать, но не смог. Не успел — его глаза закрылись.

— Нет! Нет! Нет! — запаниковала я.

— Ему нужна срочная медицинская помощь, — мрачно сказал Фил.

Но мужчина, который похитил моё сердце, быстро и ловко приручил меня, не открывал свои удивительные глаза.

Его сердце отбивало последние удары…

У меня во рту стоял противный металлический привкус. Кончики пальцев дрожали, отчаянно зажимая его рану на груди.

— Булат… Пожалуйста, держись. Не умирай… Я ведь так люблю тебя…

Мне кажется, что мы летели уже целую вечность. Булат держался — он сильный мужчина, но всё равно, драгоценное время неумолимо ускользало.

— Держись, держись… — шептала я беспрестанно, удерживая его за безвольную ладонь.

Отец и Фил наложили шину на груди Булата, выше самой раны и кровь прекратила пульсировать, но сам Булат в сознание так и не приходил.

Отец расстегнул его комбинезон и рванул в стороны полы его рубашки. Пуговицы, как мультяшные, отскочили, кто куда.

— Мать твою! — выругался Фил.

— Господи… — промямлила я.

Рана выглядела ужасно: ранение крупнокалиберной пулей раздробило несколько рёбер; рана была рваной, и мне она показалась нереально огромной.

— Ублюдок стрелял из магнума! Взял из моей коллекции! — зло проревел Фил. — Чтоб ему в Аду черти, самым садистским способом, содрали кожу!

— Сами мы не достанем пулю, — мрачно сказал мой отец.

Он быстро закрыл рану стерильной салфеткой. Потом, они вместе с Филом крепко перебинтовали Булата.

— Главное, скорее оказаться у врачей. Каждая секунда для Булата дорога, — глядя мне в глаза, произнёс отец.

И тут, ко всем нашим переживаниям и тревогам, добавился ещё один.

Взрывная волна не прошла мимо. Вертолёт сильно тряхнуло. Девчонки громко закричали, цепляясь за любые поверхности, чтобы не упасть.

Фил ругался. Мой отец, стиснув зубы, старался не показать страха.

Я улеглась на пол вертолёта рядом с Булатом. От трясучки прикусила язык.

— Мамочки! — кричала Аня.