Бунт османской Золушки

Что с ними будет?

– Молчи! – гневно сказал Кастероти. – Что ты нам обещаешь, посол мира? – он грозно посмотрел на Исмаила.

– Беспрепятственный выход из крепости и безопасность вам всем. При условии, что вы оставите здесь пушки и все ваше оружие. Наши галеры доставят вас в Кандию. Таковы условия сдачи крепости.

– А ты не врешь? – в упор посмотрел на него Кастероти. – Вы всех отвезете в столицу? Не зарежете и не повесите? Не тронете наших женщин? Пощадите детей?

– И детей, и воинов, – заверил Исмаил.

 – Ваши женщины будут в безопасности, я клянусь. Срок у вас – один день. Завтра батарея на насыпи откроет огонь. Сердар вам больше не верит. Поэтому вы лично, сеньор Джованни Кастероти, выйдете из ворот Канеи и сдадите ее Юсуф-паше.

Командующий молчал. Его воины замерли в ожидании решения.

– Мне надо обсудить твое предложение с остальными, – сказал наконец Кастероти. – Канея еще может держаться. Сдачи крепости сегодня не будет. Эй, вы, у ворот! – крикнул он. – Выпустите посла! И немедленно закройте ворота!

Исмаил вышел из крепости, судорожно комкая в руке белый флаг.

Неужели ничего не получилось?

Юсуф-паша ждал его в своей палатке.

– Что сказали венецианцы? – угрюмо спросил он.

– Они обещали подумать.

– Ты умрешь завтра вечером. Тебя повесят. Смерть Султанзаде Мехмед-паши на твоей совести. Гнева падишаха я не боюсь. Здесь я командую. Письмо о том, что тебя зарезали при ночной вылазке осажденные, отправилось в Стамбул. Тебя уже нет, хранитель покоев.

Ты мертв. Иди. Бежать тебе некуда, можешь ходить по лагерю. Но помни: ты уже мертв.

«Бежать… – думал он, выходя из палатки. – Немедленно бежать… Но куда? У меня остался лишь один слуга, и тот всего боится. Морем не выйдет, флот под началом сердара. А если сушей? Но куда тут убежишь?» – горько подумал он.

Здешние места были Исмаилу чужие, язык он не знал. А говоря по-турецки, недалеко убежишь.

– Что голову повесил, сынок? – радушно встретил его усатый друг. – Садись, поешь.

Похлебка сегодня наваристая, – кивнул он на казан. И подмигнул: – Ложку-то не потерял?

– Я голову, похоже, потерял. – Исмаил присел к костру. – Разве что умереть в бою? Меня хотят повесить.

– Вешают шпионов, а ты разве шпион?

– Я лишь хотел, чтобы мы все остались живы. Но завтра начнется штурм. Что ж… Я полезу на стену вместе со всеми, в числе первых.

– И то дело, – одобрительно сказал солдат, облизывая ложку. – Ты мужчина. Мужчины умирают в бою.