— Знаешь, какая там холодрыга? Я утеплялся как мог! — улыбаюсь, обнимая брата.
— Так лето ж! — Ромка открывает рот от шока.
— Это у вас лето! А там — Дальний Восток, так-то!
— Погнали! Батя ждал тебя на прошлой неделе.
— Форс-мажор, — развожу руки в стороны.
— Понятно, — подхватывает мой чемодан и кидает его в багажник.
Водитель везет нас в офис, а я, как реально какой-то дикарь, рассматриваю город. Отвык я от цивилизации, хотя на Дальнем Востоке с этим проблем нет, но все же жизнь иная.
— Ты как там на чужбине, не заскучал? — косится брат на меня.
Доходит не сразу.
— Я не бухал.
— А я не об этом спрашивал.
— Ну да.
— Да ну.
Вот и поговорили. Злиться мне нельзя — обычная тревога за меня. Тревога и недоверие. Винить семью в этом нельзя. Сам виноват, никто в глотку не вливал.
— Скулил в подушку от тоски, вот и все, — отвечаю как можно добродушнее.
— По рыжей своей тосковал? — Ромка лукаво сужает глаза.
Усмехаюсь, не отвечая.
— Молчишь, морда волосатая? — ржет. — Молчи-молчи. У тебя даже сквозь растительность все видно.
— Водит пальцами в воздухе возле моего лица. — Всё-о-о тут написано.
Смеюсь. Лицо Тани перед глазами постоянно. Фотки ее затерты до дыр. Знала бы, что я делал с ними… врезала бы. Но что поделать, се ля ви. Я там на подножном корму был. Инет говно, порно не тянет. Да и нахера инет, когда она везде мерещится и во снах приходит каждую ночь.
В офис негоже в таком виде приезжать, но я с дороги, мне простительно. Потертые джинсы, кроссовки и футболка — похрен. Инфа важнее.
Секретарша глазами хлоп-хлоп. Не узнает меня, но и не тормозит, потому что рядом Ромка.
— Роман Артурович… — затем неуверенно: — Вячеслав? Артурович...
— Доброго утречка, — подмигиваю ей.
Заходим к бате. Тот восседает в кресле и с нашим приходом отрывает взгляд от бумаг.
— Рома, ты кого привез?
Брат сгибается от хохота.
— Где ты взял этого йети?! Я ж посылал за Славкой.
Смеюсь, подхожу ближе. Батя встает мне навстречу. Обнимаемся так крепко, что дышать тяжело.
— Сынок… — тихо мне в ухо и еще крепче прижимает к себе.
Рассаживаемся. Секретарша приносит три чашки кофе. Пью, хотя воротит от него. Почти месяц там не жрал нормально — в артериях вместо крови течет кофе.
— Схуднул, — констатирует батя.
— Наверстаю.
От тоски я похудел.
От тоски по рыжей своей. По колючкам ее и глазам ведьминским.
— Вот доки, бать, — протягиваю папку. — Все готово. Можно подписывать контракт. Юристы все нюансы отметили, по замечаниям корректировки внесли.
