Чайная роза

На сегодняшний день ей принадлежало двадцать два процента акций «Чая Бертона», приобретенных от имени фирм, ни одна из которых — благодаря стараниям ее поверенного Тедди Сиссонса — не могла вывести владельца компании на ее след.

Доля Фионы в «Чае Бертона» была огромной, но недостаточной. Нужно было продолжать скупать акции, пока в ее руках не окажется пятьдесят один процент — и, следовательно, вся компания. За десять лет ее ненависть к Уильяму Бертону ничуть не уменьшилась; Фиона стремилась уничтожить его любой ценой.

Это не восстановление справедливости — Фиона знала, что никогда ее не добьется, — а месть. Единственным недостатком ее плана было то, что он не затрагивал Котелка Шихана. Она целыми ночами расхаживала по спальне со свечой в руке, пытаясь придумать, как отомстить непосредственному исполнителю убийства, но так ничего и не придумала. Способ был только один — заставить Бертона назвать имя своего соучастника. Но для этого Бертон должен сначала признать свою вину, а делать это он не собирался.

Как ни билась Фиона, решить проблему ей не удавалось. Она десять лет жила, зная, что Бертон и Шихан сделали с ее отцом и всей ее семьей, и все еще ждала. Все еще была бессильна. Злясь на своего маклера, который не мог раздобыть новые акции, и на саму себя, неспособную придумать, как уничтожить Шихана. Сколько еще ей придется ждать?

Херст начал складывать документы, лежавшие у него на коленях.

— Фиона, я сделаю все, что в моих силах, но сомневаюсь, что сумею что-то найти до конца этого месяца.

Она резко развернулась:

— Я понимаю вашу досаду, — сказал Питер, удивленный ее резкостью, — но вы должны понять, что ваша доля составляет двадцать два процента, а доля владельца компании — пятьдесят один. Здесь просто нечему циркулировать.

— Не могу поверить, что он до сих пор сохраняет контрольный пакет. Рано или поздно ему придется его продать.

— Фиона, если он сохранял пакет до сих пор, то с какой стати продаст его сейчас?

— Потому что он по уши в долгах, — сев на край письменного стола, ответила Фиона.

 — Он получил в «Альбион-банке» ссуду почти в триста тысяч фунтов. Его индийская плантация перестала существовать, а попытка выйти на американский рынок с треском провалилась. — Воспоминание об этом заставило Фиону мрачно усмехнуться. Она собственными руками устроила эту катастрофу. Элементарно обанкротила Бертона, продавая свою продукцию ниже себестоимости.