Чайная роза

Фиона знала, что дядя прав. Сими собирался путешествовать по миру. Наследство Ника и доверительный фонд, который создала для мальчика Фиона, позволяли ему это сделать. Он будет писать ей из Каира, Калькутты и Катманду, приезжать в перерывах между экспедициями, но не станет работать в чайной компании и жить на Пятой авеню. Она будет стареть в своем прекрасном большом доме одна.

— Пойдем, Фи, — прошептал Сими, потянув ее за рукав. — Пора.

Фиона положила голову ему на плечо и позволила себя увести. Два дня назад Сими приехал на похороны из своего Гротона, и она была рада этому.

Присутствие брата утешало ее, как ничье другое. Они вместе пережили самое страшное, пересекли океан, начали жизнь заново, и их связь стала крепкой. Она знала, что в ближайшие дни не сможет обойтись без его помощи. После хлопот с похоронами начнется самое трудное. Когда ты остаешься один на один со своей скорбью. Сими всегда знал, что сказать, когда ей было хуже некуда, всегда чувствовал, когда ей требовалась его поддержка.

Подошли Тедди Сиссонс с женой и сказали, чтобы в случае нужды она не стеснялась обращаться к ним.

За ними последовали другие, говорившие примерно то же самое. Хорошие, милые люди. Люди, которые желали ей добра, которые любили ее и она любила их. Но сейчас она не могла их видеть. Фиона терпела, кивала, благодарила, пыталась улыбаться и с облегчением перевела дух, когда последний из них пошел к своей карете.

— Вы с Сими сегодня переночуете у нас, — раздался сзади голос Майкла. Фиона обернулась. Вся родня была в сборе.

Она покачала головой:

— Не могу, дядя Майкл. Я…

— Фиона, не спорь, — сказала Мэри. — Тут тебе не победить. Места хватит. Я не позволю вам сидеть одним в этом огромном доме и стучать зубами.

Фионе удалось улыбнуться.

— Спасибо, — сказала она и обняла тетю.

— Я хочу посадить рядом с памятником плетистую белую розу. Нику бы это понравилось, — сказал Алек. Потом у него задрожал подбородок; старик отвернулся и вытер глаза. — Скажу могильщикам, чтобы они не переворачивали дерн, — добавил он и пошел к могиле.

— Сими, Айен, проводите его, ладно? — попросила Мэри. — Зрение у него уже не то. Боюсь, споткнется и упадет.

Айен побежал за дедом; за ним последовал Сими. Мэри погнала свой выводок к карете. Майкл сказал, что на минутку задержится.

— Как ты, детка? — спросил он Фиону, когда они остались одни.

— Нормально, — ответила она. — Честное слово.

Выражение лица дяди говорило, что он ей не поверил.

— Я тоскую по нему, дядя Майкл. Ужасно тоскую.