Чайная роза

— Знаю, милая. Мы все по нему тоскуем. — Майкл неловко сжал ее руку. — Все будет хорошо, Фиона, вот увидишь. Умерло только его тело. Только тело. Но есть часть, которая не уходит в землю, а остается с нами. Остается в наших душах навсегда.

Фиона поцеловала дядю в щеку. Она была благодарна ему за добрые слова, хотела верить в них, но не чувствовала Ника в своей душе. Только огромную ноющую пустоту.

— Пора ехать, — сказал Майкл. — Ты с нами?

— Нет. Мне нужно несколько минут, чтобы успокоиться. Я поеду одна. Возьми с собой Сими, ладно?

Майкл сказал, что возьмет, и Фиона пошла к своей карете, надеясь хоть немного побыть в одиночестве.

Там спиной к ней стоял высокий, хорошо одетый мужчина. Услышав звук шагов, он повернулся и снял шляпу. Его волосы совсем поседели, но он все еще был красив и элегантен.

— Уилл… — с запинкой произнесла она. Фиона не протянула руку, боясь, что ее не примут. Она не знала, что сказать. За прошедшие десять лет они обменялись несколькими ничего не значащими фразами.

— Здравствуй, Фиона, — сказал он.

 — Мне очень жаль… Я хотел… Как ты?

— Не слишком, — опустив взгляд, ответила она.

— Могу себе представить. Глупый вопрос. — Он несколько секунд молчал, а потом сказал: — Я услышал, что Никлас… что его больше нет. Думал прийти на похороны, но не знал, захочешь ли ты, чтобы я присутствовал на них. И вместо этого пришел сюда. Чтобы выразить свои соболезнования.

Фиона подняла глаза:

Уилл грустно улыбнулся:

— Потому что я лучше всех знаю, как много он для тебя значил.

Фиона снова опустила взгляд и всхлипнула. Слова Уилла, означавшие прощение, глубоко тронули ее. Тугой узел в груди развязался, дав волю скопившимся там скорби и гневу.

Она заплакала. Уилл молча обнял ее и прижал к себе.

Глава шестьдесят шестая

Фиона сидела у себя в кабинете, упершись локтями в письменный стол и массируя пальцами виски. От боли раскалывалась голова. Перед ней лежала докладная записка от Стюарта с отчетом о продажах недавно выпущенной на рынок «Быстрой чашки». Она четыре раза принималась его читать, но застревала на третьей фразе.

Под докладной лежала стопка писем и счетов, тоже требовавших внимания. Секретарша уже ждала их. Фиона знала, что если немедленно не возьмется за работу, то вал бумаг захлестнет ее с головой.

Влетавший в окно майский ветер шевелил разложенные на столе документы и ласкал лицо. Фиона вздрогнула. Весна смеялась над ней. Зелень боролась за жизнь. Тюльпаны, фрезии и нарциссы показывали солнцу свои яркие лица.