Часть Европы. От истоков до монгольского нашествия

Короткое, изложенное между делом, безо всякой заинтересованности событие, между тем, является главным деянием Ольгиного княжения, ее самым существенным вкладом в развитие киевского государства.

По сути дела, великая княгиня осуществила масштабную административно-экономическую реформу, коренным образом изменила систему сбора налогов. Трагический опыт Игоря продемонстрировал, что метод княжьего «полюдья» громоздок и опасен. Князь должен был лично тратить по полгода на сбор дани, таскать за собой по рекам и лесам всё разрастающийся обоз, да еще и рисковать своей жизнью.

«Погосты», которые повсюду учредила Ольга, были чем-то вроде укрепленных районных центров, где находились «тиуны», представители центральной власти. Дань, размеры которой княгиня твердо установила во избежание будущих недоразумений, отныне собирал тиун. Если княгиня совершала объезд страны, теперь у нее были безопасные пункты для остановки. Вокруг «погостов» появились «села» – деревни, где жили «смерды», то есть крестьяне, находившиеся в личной зависимости от Ольги; местным властям запрещалось их «мучить».

Кроме того, Ольга закрепила за собой «ловища» (охотничьи угодья) и «становища» (места стоянок). Она вообще была очень озабочена отделением своего личного имущества от общегосударственного. Это дало великим князьям возможность свободнее распоряжаться средствами, но в то же время заложило под централизованное государство мину замедленного действия: со временем деление страны на «великокняжеские» и «невеликокняжеские» участки станет одной из причин распада Киевской Руси.

Однако на ближайшие сто лет Ольга обеспечила своему роду и могущество, и богатство.

По завершении большого турне 947 года, говорит летопись, великая княгиня «възвратися к сыну своему в Киев и пребываше с ним в любви».

Наступил период мира и спокойствия.

С крещением Ольги ясно только одно: оно действительно произошло. Всё остальное под вопросом.

К середине Х века христианство уже давно не являлось на Руси религией экзотической или новой.

Многие киевляне как славянского, так и варяжского происхождения, веровали в Иисуса. Хотя по церковной версии первым проповедником Христовой веры на Руси был апостол Андрей, на самом деле никто не знает, кто и когда начал распространять в днепровских краях Слово Божье. Очень возможно, что это были варяги, возвращавшиеся после поездки в Царьград. Еще во времена Аскольда и Дира, по свидетельству патриарха Фотия, какие-то послы русов приняли крещение.