Она тоже плакала — от усталости и отчаяния — но все же на лице ее появилось слабое выражение удивления, ведь она не могла даже надеяться, что кто-то придет к ней.
— Семьсот лет… — сказал Натаниель, и тут же в дикой ярости воскликнул: — Семьсот лет этот зверь держал ее здесь! Живую! В полном одиночестве! Такие страдания достойны быть отображенными в самом высоком искусстве! Это ее безутешную мольбу услышали однажды Тенгель и Силье, проходившие мимо: «Да, я знаю, что Тан-гиль рассчитывал тогда всего лишь на пятьдесят лет, но это никоим образом не оправдывает его!»
— Тийли, маленькая Тийли, — рыдая, произнесла Тува.
— Скажи, как мы можем помочь тебе?
— Никто… не может… — прошептала девушка. — Дайте мне умереть!
— Мы попытаемся сделать все, что в наших силах, — пообещал Натаниель, — Мы здесь для того, чтобы одолеть Тан-гиля, поэтому нам нужно добраться до кувшина с черной водой. Он находится позади тебя, не так ли?
— Так. Далеко… позади. Но вы не пройдете… мимо меня.
— Тогда скажи нам… Натаниель не закончил свою мысль.
Тийли была в таком отчаянии, что с трудом могла произносить слова, и на лице ее было выражение безысходной боли.
— Я — замок. Магический замок…
— Да, мы это уже поняли.
— А он — ключ.
— Тан-гиль? — Да.
Опустив голову, она зарыдала так, что всем стало не по себе.
— Но как же…"
"Все замолчали, поняв по ее позе — как…
— Нет! — воскликнула Эллен, — Нет, нет, это же —
Она не могла подобрать нужные слова. Марко побледнел.
— А не помогут ли какие-нибудь заклинания? — спросил он.
— Нет. Мое тело заколдовано. Только… это… может расковать мои цепи.
И все увидели, что ступни ее ног и ладони намертво пригвождены к скале. И ничто не могло оторвать их. Ничто, кроме «отмычки» Тан-гиля.
— Так вот почему ему понадобилось в тот раз брать с собой в горы девственницу, — сказал Натаниель. — Ведь ты же по-прежнему девственница?
— Да, — ответила Тийли. Ей было так стыдно, так стыдно стоять перед ними в таком виде. «Никто бы не подумал, что этой маленькой девочке девятнадцать лет, — пронеслось в голове у Тувы.
— Но это действительно так!»
— Тийли, ты не должна стесняться нас, — печально произнес Натаниель. — Мы сами пережили столько бед, что хорошо понимаем, каково теперь приходится тебе. Я — Натаниель из рода Людей Льда, потомок твоего дяди Крестиерна, а это мой родственник Марко. Мы оба наделены особой силой, с помощью которой можно одолеть Тан-гиля. Это моя подруга Эллен, а это Тува.
