Что скрывал покойник

Был вечер того же самого дня. Друзья Питера и Клары собрались в их гостиной вокруг потрескивающего и негромко бормочущего камина на ужин в канун Дня Благодарения.

Это было затишье перед бурей. Родственники и друзья, приглашенные и нет, явятся на следующий день и непременно останутся на весь длинный уик-энд Дня Благодарения. В лесах будет не протолкнуться от путешественников и охотников, а это сочетание само по себе сулит несчастье. В субботу утром на деревенском выгоне состоится ежегодный футбольный матч, за которым последует ярмарка урожая — последняя отчаянная попытка сбыть с рук лишние кабачки и помидоры.

Попозже вечером на площади разожгут огромный костер, который наполнит Три Сосны восхитительным запахом горелых листьев и дерева и подозрительным ароматом овощного супа.

Деревушка Три Сосны не значилась ни на одной туристической карте — уж слишком далеко от любой главной или даже второстепенной дороги она расположилась. Подобно Нарнии, на нее можно было только неожиданно наткнуться, а потом испытать нешуточное удивление оттого, что такое старинное поселение все это время столь успешно скрывается в долине.

Впрочем, те, кому повезло ее найти, как правило, неизменно возвращались. И День Благодарения, в начале октября, был самым подходящим поводом для этого. Погода обычно стояла ясная и бодрящая, летний аромат старых садовых роз и флоксов сменял мускусный запах осенних листьев, горящих дров и жареной индейки.

Оливье и Габри вновь перебирали события минувшего дня. Их описание отличалось такой живостью, что собравшиеся в уютной гостиной словно наяву видели трех мальчишек в масках, которые пригоршнями зачерпывали утиный навоз, кучками лежавший на краю деревенского поля: парни поднимали руки, навоз стекал у них между пальцев, а они швыряли его в старое кирпичное здание.

Вскоре бело-голубые навесы и парусиновые тенты были перепачканы напрочь. По стенам стекал навоз. Вывеска «Бистро» была забрызгана до нечитабельного состояния. В мгновение ока чистенький и аккуратный фасад кафе в самом сердце Трех Сосен оказался замаран нечистотами, причем речь шла не только об утином навозе. Деревушку сотрясли выкрики, пронзительно звучавшие в оцепеневшем от шока воздухе.

— Педерасты! Вонючие гомики! — орали мальчишки.

Слушая Оливье и Габри, Джейн вспоминала, как вышла из своего маленького каменного коттеджика, расположенного на противоположном краю площади, и, торопливо пересекая ее, увидела, как из бистро появились Оливье и Габри.