Что скрывал покойник

Мальчишки взвыли от восторга и взяли на прицел двоих мужчин, забрасывая их комьями навоза.

Джейн ускорила шаг, жалея, что ее полные ноги такие короткие. Потом она увидела, как Оливье совершил нечто поистине невероятное. Пока мальчишки бесновались и швырялись навозом, Оливье медленно и бережно взял Габри за руку и изящно поднес ее к своим губам. Парни в замешательстве смотрели, как Оливье поцеловал измазанную навозом руку Габри перепачканными в навозе губами. Похоже, этот акт любви и неприкрытого пренебрежения к ним заставил мальчишек оцепенеть.

— Прекратите немедленно! — твердо заявила Джейн.

Руки их замерли в воздухе — так они инстинктивно отреагировали на властный голос. Одновременно обернувшись, они увидели маленькую Джейн Нил в цветастом платье и желтой шерстяной кофте, решительно направлявшуюся к ним. Один из мальчишек, в оранжевой маске, замахнулся, чтобы швырнуть в нее навозом.

— И думать не смейте, молодой человек.

Он помедлил достаточно долго, чтобы Джейн смогла взглянуть им прямо в глаза.

— Филипп Крофт, Гас Хеннесси, Клод ЛаПьер, — медленно и отчетливо выговорила она. Ее слова произвели нужный эффект. Мальчишки отряхнули руки и бросились наутек. Они промчались мимо Джейн и устремились вверх по холму, карабкаясь и спотыкаясь, а тот, который был в оранжевой маске, все время смеялся. Смех его был страшен и омерзителен, он затмил даже запах навоза. Один из подростков остановился и оглянулся.

Все это случилось только сегодня утром. Но уже казалось сном, точнее, ночным кошмаром.

— Это было отвратительно, — заявил Габри, соглашаясь с Руфь. Он с размаху опустился в одно из старых кресел, вылинявшую обивку которого согрел огонь камина. — Разумеется, они были правы; я на самом деле голубой.

— И, — добавил Оливье, присаживаясь на подлокотник кресла Габри, — еще странный и подозрительный.

— Я превратился в одного из этих величественных и величавых гомосексуалистов Квебека, — заявил Габри, перефразируя Квентина Криспа. — Я придерживаюсь фантастических и поразительных взглядов.

Оливье рассмеялся, а Руфь подбросила в огонь еще одно полено.

— Ты и в самом деле выглядел очень величественно сегодня утром, — сказал Бен Хедли, лучший друг Питера.

— Ты хотел сказать, внушительно, как землевладелец?

— Да, средней руки, правильнее будет сказать.