До боли в пальцах хотелось сделать именно это — давить до синяков и мять всю. В ноздри забивается запах ее духов и возбуждения.
— Отпустииии, мне уже и правда пора… сейчас отец позвонит, нам с его партнерами встречаться.
А я не даю говорить и затыкаю ей рот быстрыми поцелуями. Разбежался отпускать. Меня трясет, и я дико соскучился. Тем более она в моих руках такая горячая. Такая сладкая.
— Ничего, пусть обождут, — погрузив пальцы в ее плоть под кружева, застонал ей в губы. Всхлипнула и впилась мне в плечи, закатывая глаза и подрагивая всем телом.
— Чокнуууутый… Оооо Божееее.
Очень ритмично толкаюсь в ней пальцами.
— Мне… ооооох… мне пора, Олееег, — задыхается, и я до безумия хочу, чтоб она кончила. Чтоб ходила в мокрых трусиках весь день. Стонет и подставляет мне губы и свою точеную шейку."
"— Тебе пора, да… тебе очень пора кончить для меня, — хрипло ей в самые губы, растирая клитор круговыми движениями, ныряя в мокрую дырочку и снова выныривая к ее пульсирующему узелку под жаркие стоны, которыми она обжигает мою скулу и шею, буквально повиснув на мне.
А я вижу в зеркало ее спину, отодвинутую полоску трусиков. Сжатую моей ладонью попку и мои темные пальцы, контрастом с белой кожей, плавно двигающиеся между ее стройных ножек, затянутых в чулки. Я толкаюсь в нее все быстрее и глубже.
— Когда ты приедешь ко мне, я войду сюда. Вот в это самое горячее местечко и затрахаю его до адской боли.
— Даааа, — выстанывает мне в шею. — Затрахай… обязательно затрахай… пожалуйста… еще…
Глубокими резкими толчками в нее, сильно сжимая ягодицу и кусая горло спереди, глядя, как натянута кожа из-за запрокинутой назад головы, с рыком ей в открытый в немом крике рот.
— Давай, сейчас, кончай… маленькая.
Сжимает мои пальцы, сотрясаясь всем телом, и мне кажется, я сейчас взорвусь на хрен. Сильно прижимаю ее к себе, а у самого кожа дымится, и член дергается от дикого желания взорваться. И тут же звонит мой треклятый сотовый. Рабочий. Тяжело дыша, достаю его и, несколько раз тряхнув головой, смотрю на номер своего начальника.
Автоматом отвечаю.
— Сукаааа. Твою мать, Громов. Где ты, блядь? Склад грабанули. Все ноутбуки на хер вынесли. Ты, мать твою, гдеееееееее? Ты знаешь, чей это склад? Ты знаешь, что мы на хер за всю жизнь не расплатимся. Это миллионы, сукин ты сын. Миллионы. Нас с дерьмом смешают.
— Что случилось? — тихо спрашивая Зоряна, а я опускаю руку с телефоном. Твою ж… мать. Вот и приплыли.
Глава 11.
