Закончив с «чаепитием», я передал кружку штурману, и чуть добавив оборотов, развернул кукурузник, выровняв его на прямой.
Затем проверил показания приборов, положение закрылок и руля. У дяди Саши на это уходило пару секунд, но у меня пока так не получалось, я делал всё по порядку, и стараясь ничего не упустить, постоянно перепроверял сам себя.
Вроде всё в порядке.
Поднимаю обороты до тысячи, отпускаю тормоз, машина начинает разбег и довожу до двух тысяч.
Полоса не чищена, но снега не много, поэтому не страшно, сантиметров до тридцати разрешается.
По хорошему бы лыжи поставить, но это только с дедом, пока он не вернется буду летать так, на колёсах. Объясняя мне их устройство, в подробности он не вдавался, но из того что я слышал, вывод напрашивался однозначный — просто лыжа, и лыжа для самолета, это вообще не одно и то же.
Скорость девяносто и самолет отрывается от земли — на взлёте действую автоматически, не тратясь на долгие размышления, любое промедление может вылезти боком.
Опоздаешь с подъёмом — влетишь в снежную кучу в конце полосы, поторопишься, самолет поднимется и тут же пойдет в распрыжку — скакать будет, как мячик.
Но это только представляется страшно, на самом деле особо сложного тут ничего нет; нужной последовательности действий можно и обезьяну научить. Настоящее же мастерство лётчика проявляется в нестандартных, нештатных ситуациях. Ведь почему у перешедших в гражданскую авиацию военных, процент аварий в несколько раз меньше? — Да потому что на службе они только и делают что из этих ситуаций выкручиваются.
А те кто сразу на гражданскую авиацию затачивается, такого опыта не имеют. Гражданский лайнер он ведь как автобус, такой же плавный и неповоротливый.
Высоко не поднимаюсь, высота сто метров, под нами уже лес, слегка доворачивая штурвал, и иду на разворот. Андрей тем временем включает запись на камере в телефоне и ставит его в штатив-крепление. Если что-то ищем, так всегда делаем, на скорости можно чего-то не заметить, поэтому перестраховываемся.
— Может с окраин начнем? — предлагает он. — В центре всё перелазили, туда они точно не сунутся."
"На центральной улице посёлка располагалось больше всего магазинов и всякого такого, поэтому её очень основательно разграбили, да ещё и сожгли всё что горело. Эту улицу мы сами хорошенько прошерстили, не знаю, наверное из сотни расположенных там домов если только десяток не горелых остался. Да и те серьёзно почищены.
