А ведь я хотел сегодня его разоблачить, как только подделка получит свой чай. Но новый вид адепта совершенно спутал все планы и мысли в голове. Я не представлял, как буду его разоблачать в таком… нежном виде.
Я молча взялся за ручку чайника, когда поверх моей руки легла рука мамы. Взгляд ее был настолько насмешливым, что в глазах плясали озорные чертики.
— Дорогой, какая девушка рядом с тобой… Познакомишь?
— Это парень. На нем магия! — в который раз за вечер отрезал я, напоминая об этом не только маме, но и себе.
Парень! Мужик!
Так что же меня так кроет? И ведь теперь приворотами, что отскакивают от ауры ловеласа, не объяснить. Он — не Сворски.
— Милый, какая магия может сотворить такие формы? — подмигнула она, поправляя строгое вишневое платье на груди. Конечно, она совсем не свои имела в виду, а вон те — наколдованные.
Нет, я тоже сомневался в том, что вид у форм уж больно реалистичен. Причем у Сворски только прибыло и нигде не убыло. Все-таки у магии преображения тоже есть свои пределы.
И вот это больше всего вызывало подозрений!
— Адепты МАМ и не то могут!
Свои мысли я не собирался озвучивать вслух. Маме знать совсем не обязательно о моих терзаниях.
Я понимал, что здесь что-то не то, но не мог прощупать, что именно. Мутационная магия? Магические зелья приворота?
Черт, голова дурная от нее! Тьфу, то есть от него! Я уже даже мысленно оговариваюсь. Мое тело упрямо принимало Сворски за женщину.
— Сынок, ты что, столько времени был среди мужиков, что забыл, как выглядит настоящая женщина? — издевалась мама.
Любила она у меня иронию во всех ее проявлениях.
Настоящая женщина? Намекает на мое долгое воздержание? Издевается."
"Знает же сама, что когда появилась Ева, то сначала было не до этого, а потом малышка никого ни на шаг не подпускала. Ценой уроков в то время стала сломанная рука одной барышни и нога другой. И это она еще мелкая была, не такая сильная, как сейчас.
Чтобы снять физическое напряжение, мне приходилось ухищряться, выкраивать время и не допускать, чтобы дама ночи была в опасности из-за ревнивой дочурки.
Сейчас Ева тоже отгоняет девушек, вот только от Сворски.
— Маркуша — мой! — донеслось до моих ушей.
— Вот, а Ева-то уже определилась быстрее тебя… — хмыкнула мама, пожала плечами и пошла на свое место, с которого прекрасно открывался вид на зрелище.
Нет, я все понимаю: она давно мечтала о невестке и маме для Евы, но нельзя же так подтрунивать над собственным сыном?
Хотя я тут не один несчастный.
