Дающий

Хорошо, Гейба на сиденье не было!

— Да уж, неплохо, — согласилась Мать, нахмурившись.

Гэбриэл помахал рукой, услышав свое имя. Он начал ходить неделю назад. Отец сказал, что в Воспитательном Центре всегда устраивают праздник по этому поводу. А еще начинают применять дисциплинарный прут. Отец приносил прут домой, на случай если Гэбриэл будет плохо себя вести. Но Гэбриэл был веселым и послушным малышом. Он ковылял по комнате и смеялся: — Ге! Ге! — так он произносил свое имя.

Лицо Джонаса просветлело. День выдался непростым, несмотря на прекрасное начало.

Джонас отогнал мрачные мысли. Он подумал, что пора учить Лили кататься на велосипеде, чтобы она могла гордо проехаться по коммуне после Церемонии Девятилетних. Трудно поверить, но Церемония уже скоро, почти год прошел с тех пор, как он стал Двенадцатилетним.

Джонас улыбался, глядя, как малыш аккуратно переставляет ножки, радуясь каждому шагу.

— Сегодня лягу спать пораньше, — сообщил Отец. — Завтра у меня трудный день. Близнецы родятся завтра, и тест показал, что они абсолютно одинаковые.

— Одного сюда, другого туда, — пропела Лили. — Одного сюда, другого туда…

— А ты правда относишь его в Другое Место? — спросил Джонас.

— Нет, я только делаю выбор. Я взвешиваю их, отдаю того, кто больше Воспитателю, а сам беру того, кто поменьше, чистенького и запеленутого. Затем я провожу небольшую Церемонию Удаления и… — тут Отец посмотрел с улыбкой на Гейба, — делаю ему «пока-пока», — закончил он своим специальным голоском, которым разговаривал с малышами.

И помахал рукой.

Гэбриэл рассмеялся и помахал ему в ответ.

— И кто-то приходит за ним из Другого Места?

— Именно так, Джонас-Бонас.

Джонас покраснел, услышав свое детское прозвище.

— А что если там, в Другом Месте, они назовут его, ну, например, Джонатан. И мы, в нашей коммуне, того близнеца, что останется здесь, тоже назовем Джонатан? И тогда будут двое детей по имени Джонатан, и они будут выглядеть совсем одинаково, и однажды, например, когда они будут Шестилетними, одна группа Шестилетних приедет в другую коммуну на автобусе, и там, в другой коммуне, в другой группе Шестилетних, будет Джонатан, который выглядит совсем как тот Джонатан, и может быть, они перепутаются, и домой вернется другой Джонатан, и может быть, родители этого не заметят, и тогда…

Она остановилась, чтобы набрать воздуха.

— Лили, — сказала Мать. — Я придумала. Может быть, когда тебе будет Двенадцать, тебя назначат Рассказчицей. В коммуне давно уже не было Рассказчиков.