Онлайн-библиотека книг
Он резко вздрогнул и проснулся, когда девушка прильнула к губам Путника, раздвинула их своими, пустила ему в рот слюну, смешанную с пряностями, а потом ждала, пока он проглотит. Когда наконец силы девушки и действие дурмана иссякли, в теле Путника не осталось ни капли семени.
Наутро Путник с отцом отправились за брошенными конями скатанди. С помощью немых псов они сумели загнать статного пегого мерина около шестнадцати ладоней в холке и с озорными глазами.
Пока пожилой киндару выискивал среди побоища достойное седло, Путник взглянул на трупы и убедился, что их и правда изрубили на куски.
Отец выбрал среди остатков самую хорошую сбрую. Путник с удивлением распознал, что седло из Семи Городов, а на подпружном ремне клейма малазанской армии.
Он как раз заканчивал затягивать подпругу – мерин уже не мог спокойно стоять на месте, – когда со стороны лагеря киндару донеслись крики.
Обернувшись, Путник увидел на гребне, через который он сам перешел накануне, всадника. Тот ненадолго замер, огляделся, затем поскакал вниз в долину.
Путник запрыгнул на мерина и подобрал поводья.
– Только взгляни на ее скакуна! – пораженно воскликнул отец. – Это же ягг'атенд! Боги ниспослали нам благословение!
И он тут же сорвался в сторону лагеря.
Путник ударил мерина каблуками и последовал за ним.
Всадник действительно оказался женщиной. Путник сразу же опознал в ней уроженку Семи Городов. Она выглядела заморенной и вымотанной, но в глазах ее пылал яростный огонь, которым она не преминула обжечь Путника.
– Кошмар, ну нигде в мире не скрыться от растреклятых малазанцев! – воскликнула она.
Путник пожал плечами.
– Да? А я вот не ожидал встретить посреди равнины Ламатат угарийку, да еще и на яггском жеребце.
Женщина зарычала.
– Мне сказали, что через эти земли на север прошел демон. Поубивал всех на своем пути, причем с особенным смаком.
– Похоже на правду.
– Ну и славно, – буркнула женщина.
– Почему?
– Потому что я, наконец, смогу вернуть ему коня!
Книга вторая
Суровые добродетели
Из ребер ее и волос золотых,Согретых солнцем и летним теплом,Из ясных очей, светлых и молодых,Что ночью глядят из высоких окон.
