Иссиэль неслышно подошел, встал чть сзади, стараясь не нарушать уединения девушки. Жрица спокойно прошла вперед, положила сухие старческие руки на белый камень, дождалась пока сияние охватит из, превращая в полные нежного света руки молодой девушки, затем подняла ладони:
— Светлая благословляет вас, дети!
Поклонившись алтарю, Лилия и Иссиэль вышли из храма, щурясь от рассветного солнца. Постоял привыкая к утренней свежести и сели в телегу. Мужчина забросил на свободное место небольшой узелок и корзинку, которые взяла с собой Лилия.
Едва лорд Иссиэль взял в руки вожжи, как черный единорог сразу перебрался назад, натянул на голову одеяло и уснул. Девушка же в восторге крутила головой рассматривая все вокруг и задавая множество вопросов. Сперва Иссиэль отвечал неохотно, а потом сообразил, что она еще не видела долину и, принялся объяснять:
— Здесь у нас Зеленый ручей. Он очень полноводный, так что весной это целая река. Летом тут ловят рыбу, и косят траву на заливных лугах.
Здесь Яблоневый сад, так называется поместье. Оно принадлежит большой семье. Уже несколько веков здесь варят джем, делают яблочный сидр и очень крепкую яблочную водку. Кроме того яблоки сушат, мочат, маринуют и варят в карамели. Все яблочные сладости долины из этого поместья.
Лилия с восторгом смотрела на ровные ряды сохнущих сетей, на купы деревьев, на мелькающие кое-где крохотные завязи.
— Тут у нас озерцо, сюда водят животных на водопой, с другой стороны сделаны купальни, портомойни и прочие хозяйственные постройки.
Озеро проточное, а вожак распорядился построить все так, что грязь уносится вниз по течению прямо в болотце. Здесь же на острове выращивают виноград…
Экскурсия была интересной, но утомительной. Вскоре Лилия устала и начала тереть глаза. Иссиэль усмехнулся, вынул еще одно одеяло и отправил девчонку досыпать. Не смотря на «солидный» по меркам крестьян возраст, для него Лилия оставалась девчонкой. Трудно изменить мнение, если видел человека несколько раз, да и то короткое время.
Под стук копыт запряженных в повозку лошадей, единорог задумался — что же он будет делать, когда служительница Саты увидит родных и пожелает остаться с ними? Вручит полуготовый набор инструментов? Уйдет молча, подкинув подарок в ее узелок? Или попытается уговорить вернуться в долину, подвергнуть свою жизнь опасности грядущей войны только потому, что единорогам нужен лекарь-хирург? Ответов у него не было.
