Дед Снегур и Морозочка

Мой вам совет: если вы уверены, что сын, дочь, брат или сестра не способны на особые глупости, бегите в городское управление, ищите группу, которая занимается поисками пропавших, стучитесь в двери ФСБ, помните, что существует печальная статистика: большинство исчезнувших погибает в первые сутки после того, как покинули дом, с каждым следующим днем шансы найти ребенка живым уменьшаются в геометрической прогрессии. Если же дорогой вам человек спустя неделю сам с повинной головой вползет в квартиру и промямлит: «Простите, уехал с друзьями в Питер, ничего не помню», – мысленно перекреститесь и не ругайте себя за излишнюю активность, вспомните крылатое выражение: «Лучше перебдеть, чем недобдеть», и радуйтесь своему счастью: он жив.

Но Морковкиным не повезло. Несмотря на отчаянные усилия милиции, Агату не нашли. Через год в ноябре на останки девочки наткнулись рабочие, производившие снос дома. Они обнаружили в заброшенной пятиэтажке тело Агаты. Медицинский эксперт установил, что ее задушили, состояние трупа не позволило определить, была ли девочка изнасилована.

Тело лежало на спине, руки были скрещены на груди. Семья потеряла надежду найти дочь живой, а следствие так и не ответило на множество вопросов. Зачем Агата отправилась в отдаленный район Москвы? С кем? У нее была любовная связь? Но Тимофей и одноклассницы в один голос твердили: «Агата думала лишь о поступлении в университет, не было никаких свиданий с мальчиками».

Дело стало висяком и умерло в архиве.

Морковкины едва оправились от трагедии. Николай Ефимович и Вера Кирилловна с головой ушли в работу и совсем забыли о сыне. Тимофей оказался предоставлен самому себе. Мама и папа постоянно говорили об Агате, типичный разговор за семейным ужином звучал так:

– Агаточка сейчас бы рассказывала о прослушанной лекции, – заводил Николай.

– В воскресенье мы бы непременно поехали в магазин за новым платьем, – подхватывала Вера, – ешьте котлеты, я сделала куриные, их обожала Агата.

Через месяц после похорон, двадцать седьмого декабря, Вера Кирилловна пришла домой, увидела, как Тимофей несет в гостиную большие картонные коробки, и закричала:

– Собираюсь наряжать елку, – ответил сын.

– Не смей, – завопила мать, – в нашем доме теперь никакого Нового года не будет. Агата умерла, а он решил веселиться!

Тим ничего не ответил, быстро убрал на антресоли шары с гирляндами и убежал в свою комнату.