– Ой, нет! Давайте, Владислав Владимирович, лучше с подробностями, а то мало ли чего важного опустите.
– С подробностями … ну тогда так – я затрахал свою жену, а ещё больше замучил своими претензиями и правилами. Ревновал и не хотел, чтобы её кто-то видел – Клава сидела практически безвылазно дома, отказавшись от учёбы в университете. Сменил ей стиль одежды, заставлял быть дерзкой и сексуальной, а она любила махровые халаты в розово-кремовый цветочек в пол. Она ломалась под моим натиском, а я радостно хлопал в ладоши.
Кукла. Моя персональная кукла. И секс! Много и разнообразный, а ей нравилось в темноте и в миссионерской позе.
Теперь ухмыльнулась Берсеньева. Ну ещё бы! Она-то уже знакома с моими аппетитами. Это ещё при том, что сейчас я умею себя контролировать. Иногда.
– Развращал несчастную девочку?
– Да. Безбожно. Нежности при этом во мне было ноль, зато зверской похоти предостаточно.
– Ну хорошо. Ей не нравилось, она же могла уйти.
– Нет. Я не отпускал. Вскоре начались ссоры, но я и тут поступал как ублюдок, заменяя любой разговор очередным трахом.
– Ну беседы – это точно не твой конёк! – подтвердила Мирослава, вздыхая. – А дальше?
– Дальше моя жена решила пойти к истокам. Моей матери. Пожаловалась на меня – бездушного дьявола, но Клава не знала, что моя родительница после вступления в новый брак потеряла меня ещё в возрасте девяти лет. Признаться в этом Елизавета Сергеевна не смогла и посоветовала завести ребёночка. Мол, ирод во мне сразу успокоиться, и будет нам счастье.
– Я так понимаю, послушалась?
– Да.
Клавдия вообще всех слушала, вместо того чтоб думать своей головой.
Замолчал, понимая, что снова пытаюсь по старинке свалить всю вину на другого.
– Надо было, но не каждому это дано, Влад. Давай уже дальше, а то у меня нервы заканчиваются.
– Забеременела и радостная прибежала ко мне с двумя полосками на тесте. Хотя у нас ещё до брака был разговор на эту тему, где я строго – настрого запретил мысли о детях в ближайшие пять лет. Я взбесился. Послал жену на хуй вместе с ребёнком, так как мне нужна была только она в роли моей игрушки, а не мать моего наследия.
Сидеть больше я не мог. Резко подскочил с кровати и направился к окну. Ночь, темень и фонари – ничего не могло меня отвлечь.
– Я завёл любовницу, даже несколько, так как в сексе мне отказали спустя пару недель. Были проблемы, ну по её словам. Я не хотел ребёнка и каждую встречу твердил об аборте, пока не поздно. Клава упиралась и рассказывала мне прелести родительской жизни.
