– Вас кто-то пытался шантажировать на протяжении последних трех месяцев?
– Нет.
– Вам лично известно, кто убил Веру М. Мартель?
– Нет.
– Вы интересуетесь фотографией?
– Да.
– Вы знакомы с лицом по имени Стивен А. Барлоу?
– Да.
– Вы будете возражать, если я задам вам нескромный личный вопрос, пока включен полиграф, фиксирующий правдивость ваших ответов?
Последовало секундное молчание, а потом Нэнси ответила:
– Да.
– Очень хорошо, миссис Джилман. Мы отдохнем несколько минут, а потом я повторю эти же вопросы в том же порядке.
Мейсон, следивший за показаниями приборов, которые отражались в зеркале на потолке, удивленно заметил:
– Она говорит правду.
– Если только вранье не стало ее второй натурой, – высказала свое мнение Делла Стрит.
– Но ты только посмотри на ее реакцию! Что стало с приборами, когда Джаспер задал ей последний вопрос! Она…
Мейсон внезапно замолчал.
– В чем дело? – поинтересовалась Делла Стрит.
– Когда Джаспер спросил ее о дочери Гламис, она определенно отреагировала. Конечно, возможно, она еще не настроилась на эксперимент или это какая-то своеобразная реакция… Однако изменились и пульс, и кровяное давление, и дыхание.
Она быстро реагирует, и тут что-то произошло… Давайте посмотрим, что будет во второй раз.
Джаспер повторил все вопросы в том же порядке. Нэнси Джилман снова резко отреагировала при произнесении имени Гламис.
Мейсон в задумчивости повернулся к Делле Стрит.
– Он проверит ее еще раз, а нам лучше вернуться в контору. Не исключено, что ей захочется с нами встретиться по окончании эксперимента.
Лучше ей не знать, что мы наблюдали за тем, как он проходил.
Пол Дрейк проводил Мейсона и Деллу Стрит до двери.
– Ты думаешь попытаться ее расколоть, Перри? – поинтересовался детектив. – Ты теряешь время. Я считаю, что она говорит правду.
– Ее беспокоит что-то связанное с Гламис.
– Естественно. Гламис – незаконнорожденный ребенок. Хотя Нэнси Джилман и заявляет, что всегда жила так, как хотела, не особо придерживаясь общепринятых правил, она понимает, в какое положение поставила Гламис.
– Может, это объясняет ее реакцию. Может, нет, – кивнул Мейсон. – Но тут что-то не так. Послушаем, что думает Картман Джаспер. Попроси его зайти ко мне, когда он закончит. Если Нэнси не желает со мной ничего обсуждать, пусть идет домой. Насколько я понял, она торопилась.
Мейсон и Делла Стрит вернулись к себе в контору. Через двадцать минут в дверь постучал Картман Джаспер. Он держал в руке графики, начерченные машиной.
