"
"– Мистер Эллиотт, когда вы в первый раз увидели Гламис Барлоу утром тринадцатого числа текущего месяца? Учтите, что сейчас я спрашиваю про самый первый раз.
– Мы расстались после полуночи, – ответил Эллиотт.
– Я перефразирую вопрос. Когда вы в первый раз видели Гламис Барлоу утром тринадцатого, после того как вы легли спать и проснулись?
– Примерно в восемь двадцать пять.
– Вы уверены насчет времени?
– Да, сэр.
– Где вы находились в тот момент?
– Стоял у окна комнаты, в которой я спал в доме Джилманов по адресу авеню Вауксман, шестьдесят два тридцать один.
– И вы увидели мисс Барлоу?
– Да.
– Где она находилась, когда вы ее увидели?
– Выходила из двери мастерской.
– Чтобы не осталось никакого недопонимания насчет того, что вы имеете в виду под мастерской, я попрошу вас подойти к плану, приколотому к доске, и показать на нем то место, о котором вы говорите.
Свидетель выполнил просьбу Гамильтона Бергера.
– Я прошу отметить в протоколе, что свидетель подошел к плану и указал на нем на прямоугольник, названный «Мастерская».
Под словом «план» я имею в виду вещественное доказательство «Б» со стороны обвинения. Все правильно, мистер Эллиотт? – уточнил окружной прокурор.
– Да, сэр.
– Что она сделала?
Эллиотт помедлил несколько секунд, а потом заявил:
– Вышла из двери. Посмотрела направо, потом налево, закрыла дверь, пошла, а потом бросилась бежать за угол дома.
– За угол дома? Что вы имеете в виду?
– Она побежала в южном направлении, и я потерял ее из виду, когда она завернула за угол.
– Когда вы увидели ее в следующий раз?
– Примерно через десять минут.
– Где?
– Я услышал ее голос в коридоре. Я слегка приоткрыл дверь ванной, где находился в тот момент. Она стояла в прозрачной ночной одежде вполоборота ко мне и разговаривала с Мьюриель. Я подумал, что с моей стороны неприлично…
– Нас не интересует, что вы подумали, – перебил Гамильтон Бергер. – Что вы увидели? Что вы сделали?
– Тихо прикрыл дверь, стараясь не создавать никакого шума, чтобы ни одна из девушек не догадалась, что я их заметил.
– Вы слышали, о чем они говорили?
– Мьюриель сообщила, что искала отца, а Гламис саркастически поинтересовалась: «На чердаке?»
– Вы можете проводить перекрестный допрос, – повернулся Гамильтон Бергер к Перри Мейсону.
Затем, до того как Мейсон успел встать на ноги, окружной прокурор обратился к суду:
– Мистер Перри Мейсон будет моим следующим свидетелем.
