– А они выяснили время смерти?
– Полицейские мне ничего не сообщают. Да и вы, похоже, решили следовать их примеру.
Эллиотт провел по губам кончиком языка.
– Хорошо. Я вам все расскажу, – решил он.
– Прекрасно.
– Вчера утром я встал где-то в половине десятого. Обычно я уже не могу спать после семи. Какое-то время я просто валялся в кровати, потому что, насколько мне известно, и Гламис, и ее мать встают поздно.
– Продолжайте.
– Я услышал, как кто-то передвигается на первом этаже, и почувствовал запах кофе. У меня возникло страшное желание выпить кофе.
Я просто не мог с ним бороться. Я точно знал, что Гламис еще спит. Я подумал, что, скорее всего, по первому этажу ходит ее сводная сестра, Мьюриель. Мне показалось, что я уловил звук ее голоса. Я встал и начал одеваться.
– И что произошло?
– Я подошел к окну. Я спал в угловой комнате прямо над столовой. Я выглянул на улицу – наверное, это западное окно – и просто стоял и смотрел во двор и на подъезд к дому. Я видел большой гараж, где они держат машины.
Там также находятся темная комната и мастерская.
– Что вы делали? – уточнил Мейсон.
– Застегивал ремень брюк, – улыбнулся Эллиотт. – Я их только что надел и собирался идти бриться.
– Что произошло?
– Открылась дверь мастерской, и оттуда выбежала Гламис. Потом она внезапно остановилась, повернулась, сделала несколько шагов назад, плотно закрыла дверь и снова со всей силы бросилась бежать за дом.
– За дом? – переспросил Мейсон.
– Я не в состоянии точно сказать куда, – ответил Эллиотт.
– Я видел, как она приближалась к стене здания… То есть она не побежала по подъездной дороге и не поднялась на крыльцо, с которого можно попасть на кухню.
– Ладно, продолжайте.
– Давайте уясним одну вещь, мистер Мейсон. Я говорю вам все это строго конфиденциально. Я предполагаю, что вы не планируете предпринимать ничего противоречащего интересам Гламис.
– В настоящий момент я пытаюсь узнать правду.
– Вы представляете Картера Джилмана?
– Все правильно.
– А вы не продадите Гламис, чтобы…
– Ради бога! – взорвался Мейсон.
– Сколько вам лет? Вы тут сидите и причитаете, когда, скорее всего, полиция уже находится на пути в вашу квартиру. Попав к ним, вы выболтаете все, что только вам известно.
– Нет, – покачал головой Эллиотт. – Никто не в состоянии заставить меня говорить, если я того не хочу.
Мейсон посмотрел на него с укором во взгляде.
– Вам придется предстать перед Большим жюри и принять присягу. Тогда вы расскажете все, что знаете.
