У нас есть основания полагать, что Перри Мейсон и Пол Дрейк, частный детектив, которого обычно нанимает Перри Мейсон, разговаривали с Хартли Эллиоттом четырнадцатого числа текущего месяца. В результате Хартли Эллиотт в спешном порядке покинул квартиру, незадолго до появления полиции, отправился в мотель и зарегистрировался там под вымышленным именем, пытаясь таким образом исчезнуть со сцены, чтобы его не нашла полиция и ему не вручили повестку о явке в суд для выступления в качестве свидетеля по слушаемому делу. Мы считаем, что Хартли Эллиотт видел, как Гламис Барлоу выбегала из мастерской.
Он рассказал об этом Перри Мейсону и Полу Дрейку. Напрашивается логический вывод, что его исчезновение напрямую связано с разговором с этими двумя джентльменами.
Судья Алворд взглянул на Перри Мейсона.
– Это теория окружного прокурора, ваша честь, – встал со своего места Мейсон. – Я заявляю, что мистер Бергер не имеет права доказывать что-либо через показания с чужих слов. Нужны прямые свидетельства, если он хочет показать мотивацию убийства Веры Мартель, что, насколько я понимаю, является его целью.
Это нельзя делать через то, что кто-то из свидетелей кому-то сообщил. Если он намерен дискредитировать выставленного им свидетеля, то ему следует руководствоваться соответствующими правилами.
– Вы возражаете против поставленного вопроса, господин адвокат? – уточнил судья Алворд.
– Да. На основании того, что это несущественно, недопустимо в качестве доказательства и не имеет отношения к делу. Для ответа требуются показания с чужих слов.
Господин окружной прокурор пытается дискредитировать выставленного им же свидетеля.
– Возражение принимается, – постановил судья Алворд.
– Это все, мистер Дрейк, – злобно сказал раскрасневшийся Гамильтон Бергер. – Вы можете покинуть свидетельскую ложу, но не забывайте, пожалуйста, что вы работаете частным детективом и ваша деятельность подвергается лицензированию. А эту лицензию требуется время от времени продлевать.
– Мы возражаем против угроз свидетелю со стороны окружного прокурора, – встал со своего места Мейсон.
– Мы считаем, что ни при каких обстоятельствах нельзя считать молчание свидетеля неэтичным, если высокий суд постановил, что подобные показания не могут быть представлены. Фактически, если бы свидетель высказал пожелание ответить на заданный вопрос после принятия судом возражения защиты, то он оказался бы виновен в неуважении к суду.
Судья Алворд с трудом сдержал улыбку.
– Вы правы, – согласился он с Мейсоном.
