— Система поощрения у нас прекрасно отлажена.
Врет он, ну да ладно. Сейчас мне его даже поддержать хочется, как родного. Очень уж он сильно нервничает в присутствии Игоря Вячеславовича. Так и хочется ему шепнуть, чтобы поувереннее был. Он ведь как-никак тоже генеральный директор.
— Так, значит, — произносит Жданов уже более деловым тоном. — Перейдем к нашим баранам. В вашей краске, то есть. Три ступени тестирования на производстве она прошла. Молочники вроде тоже не ноют. Остался последний и самый важный вопрос.
Цифры. Той бумажкой, которую мне ваш пухлый продажник сунул, могу только подтереться. Нормальные цены дайте. Нормальные — это на десять процентов ниже финской. С включенной логистикой конечно.
Несмотря на специфическую манеру речи, я не могу не испытывать восхищение тем, как четко и по делу он говорит. Без многоступенчатого обсуждения и прочих танцев с бубнами. Напрямик цену вопроса назвал. И ведь сам не поленился приехать для решения важного для него вопроса.
— Мы с отделом продаж это обсудим, — уклончиво отвечает Шапошников.
— Цена формируется путем сложного уравнения. Цены на сырье каждый день растут…
— Если бы я своим покупателем ныл, что цены каждый день растут — хрен бы со мной кто работал, — перебивает его Жданов. — За десятилетия в этом бизнесе я одну вещь усвоил. Людям нужна предсказуемость и стабильность как в Макдональдсе. Заплатил сто рублей, сожрал то, к чему привык и ушел, чтобы в следующий раз вернуться.
Побагровев, Шапошников поправляет галстук, словно он вдруг стал слишком ему давить.
— К завтрашнему дню наш менеджер перешлет вам предложение.
— Вот и отлично, — резюмирует Жданов, поднимаясь. — Не буду больше задерживать.
Его цепкий серый взгляд падает на меня.
— А вот с этим вашим ценным специалистом хочу еще парой слов перекинуться. Отпустите?
— Конечно! — радостно и будто с облегчением выдыхает Шапошников. — Общайтесь сколько угодно. В кабинете у Любови Владимировны вам будет максимально удобно.
Ольга сделает вам кофе.
Ох и генеральный хряк. Только что распекал меня за недостойное поведение, а сейчас готов самолично под Жданова подложить. Даже неприятно как-то.
— Ну что застыла, инженер Люба? — щурится полиграфический магнат. — С благословения твоего начальника пойдем осматривать твою рабочую обитель. Времени как я понимаю, у нас навалом.
17
Идти по офисному коридору мне впервые настолько неуютно, и все из-за раздающихся позади шагов.
