– И ты не нашел ничего лучше, чем нажраться от жалости к себе? А потом потащиться плакаться в подол девчонке? Такие, как она, страдальцев любят, конечно…
– Да пошел ты! – прошипел Альбин. – Говорю же, увидеть хотел.
– Днем не навидался?
– Разве ж это свидание… В самом деле, что ли, зазвать ее в замок? Лорд Бертрам был разочарован ужином в его честь, хотя леди Голданна очень старалась произвести впечатление, и пряностей не жалела. Виду не показал, конечно, но, кому надо, те заметили.
– Откажется. У нее, в отличие от тебя, есть разум.
– Я могу быть очень убедительным и настойчивым.
– Зачем? Разве мало доступных девиц?
– Может, я жениться собрался.
Эгберд хохотнул и резко оборвал смешок, будто чей-то взгляд или жест его остановил. Повисла пауза, и мне показалось, что в наступившей тишине стук моего сердца услышат и поймут, что у их разговора – разговора, который должен был остаться между двумя мужчинами – есть свидетель.
– Запала она мне в душу, крепко запала, – негромко и как-то очень обреченно сказал Альбин.
– Не знаю, что в ней такого, только другой такой на свете нет и не будет. Никому не отдам, придется – и против воли господина пойду.
Снова повисло молчание.
– И давно? – мягко поинтересовался Эгберд, наконец.
– С того дня, как я попросил тебя и твоих парней поработать. Заметил-то раньше, месяц или два назад, когда в этот трактир заезжал поглядеть, что тут творится. Заметил и заметил, мало ли смазливых девчонок. А когда она ко мне пришла…
Я затаила дыхание. Неужели расскажет? Похоже, несмотря ни на что, отношения между бывшим наставником и учеником, занявшим его должность, остались хорошими, но всему же есть предел!
– Словом, в тот день, когда мы с тобой договорились, я и пропал.
– Три дня от силы, значит, прошло. Тогда не торопись словами бросаться. Помнишь, сколько у тебя уже таких зазноб было?
– Эта особенная. Как будто нездешняя.
Сердце заколотилось как ненормальное, а губы против воли расплылись в улыбке. Значит, я в самом деле ему нравлюсь!
– И все были особенные, – безжалостно припечатал Эгберд.
– Иди проспись, а утром, на трезвую голову, подумай еще раз. Если сумеешь вспомнить, о чем мы говорили.
– Забудешь такую, как же. – Снова зашуршало. – Что-то разнылся я, прямо как баба. Разбудишь хозяйку, чтобы комнату мне нашла?
– И не подумаю, за весь день не присела. Да и гостевых комнат свободных нет, насколько я видел.
– Так, может, в спальню пустит, – хмыкнул Альбин.
– Пока я ее охраняю – шиш тебе, а не девичья спаленка.
