Дети белой богини

Косились на Германа, который рас­кладывал на одном из столов бумаги. Значит, доп­рос будет по всей форме.

- Присаживайтесь, - сказал Горанин санитарке.

Та робко примостилась на краешке стула, сло­жив на коленях тяжелые морщинистые руки. Он тоже присел за стол.

- Итак, фамилия, имя, отчество? Где прожи­ваете?

- Да что ж я такого натворила, милок? - испу­ганно спросила санитарка.

- Герман Георгиевич, - сухо поправил Гора­нин. - Это официальный допрос.

- Вы просто свидетель, — пояснил Александр. — По делу об убийстве моей жены, Марии Алек­сандровны Завьяловой.

- Да я ж ничего не видала! Не видала, не слы­хала, - зачастила санитарка. - Меня ночью-то здесь и не было. Вот разве Федор что подскажет.

- Я вас спросил: фамилия, имя, отчество? Где проживаете? Паспорт у вас есть? Номер помни­те? - сыпал Герман вопросы.

- Есть. Дома. Кто ж с документами на работу ездит? Меня здесь все знают. Хоть у Елены Ива­новны спросите.

- Почему она должна помнить номер паспор­та? - раздраженно вмешался Завьялов.

- Но имя и фамилию помнит? Гражданочки, — обернулся Горанин к поварихе и посудомойке, вы бы оставили нас одних. Здесь милиция рабо­тает, если вы еще не поняли.

Переглянувшись, те выскочили из столовой. Герман приступил к допросу:

- Нас интересует Павел Павнов. Не так давно он лежал в вашей больнице. С переломом. По­мните такого?

- Да как же мне всех их упомнить? - в ужасе посмотрела на следователя баба Таня.

- Как он выглядит? - спросил Герман Завья­лова.

- Высокий, симпатичный.

- Ах, Паша! - сразу обрадовалась баба Таня. -Машенькин кавалер!

- Вот-вот, - кивнул Герман. - Расскажите, ка­кие у них были отношения?

- Да ничего ж не было! - перепугалась сани­тарка. - Поговорят, поговорят, да и разойдутся: Машенька ведь замужем.

Александр нахмурился. Все сотрудники боль­ницы говорят о Маше в настоящем времени.

- О чем поговорят? - настойчиво спросил Гер­ман.

- Да откуда ж мне знать! - всплеснула руками баба Таня. - Как все, должно быть. За жизнь. У нас тут людям делать нечего, окромя как разгово­ры разговаривать. Уколы да разговоры - вот и вся их жизнь.

- Но почему именно моя жена? - потерял тер-, пение Завьялов. - Почему именно ее Павел Пав-нов выбрал для этих разговоров?

Баба Таня удивленно уставилась на него.