Девочка Грешника

— Да, Роман Андреевич?

— Рит, возьми мне билеты до Питера на завтрашнее утро. И сразу же обратно на послезавтра.

— Будет сделано.

— И квартиру мою приготовь, чтобы было чисто и все такое. Тачку пусть тоже заправят.

— Поняла.

И отключился. А потом устремил невидящий взгляд в окно. Усмехнулся сам себе, а потом открыл мессенджер и написал жене своего отца всего два слова:

«Сливай тендер».

Глава 17. К черту!

POV СоняЯ чувствовала себя ежиком в тумане. Брела куда-то без разбора. Отвечала механически, словно киборг.

И все чаще зависала во времени и пространстве.

Голос от постоянных рыданий совсем пропал. Бабушке сказала, что меня продуло на кораблике. Мне кажется, что она мне не верила, а просто поджимала губы и кивала, за что я была ей неимоверно благодарна.

— Что это с ней? — спрашивал дед.

— Мандраж уже словила, наверное. Должно же когда-то было прийти к ней осознание. Ей же всего восемнадцать, а ее в расход…

И от этих слов становилось еще гаже. Потому что я не чувствовала себя молодой и свободной.

Мне казалось, что я дряхлая старуха. И каждый шаг давался с трудом. А еще я ощущала себя грязной и использованной. И мне было не отмыться от этого жуткого ощущения предательства.

Только в спортивном зале я могла позволить себе отпустить тормоза. Там, взлетев на высоту своих полотен, я творила почти невозможное. Тысячу раз хотела разбиться, вытворяя немыслимые и опасные элементы, но на выдохе застывала головой вниз, захлебываясь своим отчаянием.

И тоской…

Хотелось визжать от безысходности.

Так и сегодня просто раскрутилась и рухнула вниз вместе с каплями соленой влаги, что сорвались с ресниц.

Рома…

Отпусти…

Пожалуйста…"

"Неделя прошла, а я так устала помнить его. Его прикосновения. Его поцелуи. Его толчки внутри себя. Они снились мне. И там в этих снах я прижималась к нему судорожно и молила не бросать меня больше. А он все равно уходил, оставляя меня одну.

Но я не сломалась. Меня просто больше не существовало. А когда открывала глаза, я понимала, что это все жалкая иллюзия.

Я переломана изнутри. И каждая кость, каждый сустав выкручивает от дикой боли.

А сердце? Сердце уже давным-давно разорвано на куски.

Жила я только одним: хорошо, что он был рядом всего несколько дней. Чуть больше, и я бы не выдержала. А так еще есть надежда на то, что я когда-то поверю, что все себе придумала. И его в том числе.

После тренировки понуро иду в душ, смывая с себя усталость. Потом в сауну, где долго неподвижно лежу, бездумно уставившись в потолок.