Хотелось прижаться к нему целиком, впиться зубами в кожу, слизывая с нее запах. Между ног все увлажнялось и, похоже, простынь подо мной была уже влажной. Я чувствовала крепкий вздыбленный орган внутренней частью бедра, и больше всего хотелось наконец податься к нему и позволить оказаться внутри.
— Пожалуйста, — хватило меня на стонущий выдох и я потерлась об член эльфа бедром, — ну пожалуйста.
В глазах эльфа полыхнуло удивление. Но оно тут же сменилось другими эмоциями. Он собрал мои волосы в кулак, словно пытаясь сдержать меня на месте и к моему лону прикоснулась и надавил твердый горячий орган.
Одно точное и глубокое движение бедрами — и перед лазами словно вспыхнули искры.
Мой рот открылся в беззвучном стоне, когда он заполнил меня до конца. Давящее, приятное ощущение вызвало странные мурашки по телу. Эльф не стал ждать: он начал двигаться во мне, каждый раз словно точно пронзая до самой моей... души? Нет, блядской натуры, видимо. Влажные звуки, запах наших возбужденных тел и синхронное дыхание казалось лучшим, что случалось со мной за тридцать с хреном лет жизни.
Все, на что меня хватало — бессильно закрыть глаза руками, пытаясь спрятать шок и возбуждение.
— Ты точно странная сегодня, — хрипло произнес эльф мне в шею и облизнул ее влажно и длинно, с новым толчком проникая в меня.
— Я... о-о-х...
Обвив его бедра ногами, я пыталась раскрыться для него еще больше. Теперь я исполнила свое желание: наши тела были настолько тесно соединены, что я ощущала движение мышц эльфа с каждым вздохом.
Он был чертовым мистером Идеальностью. Вызывал у меня настоящий пожар и потом между ног одновременно. Пожар горел в животе — и полыхал с каждым разом все сильнее. А как я теку, я чувствовала, сжимая непроизвольно мышцы вокруг твердого и пульсирующего органа.
— Пахнешь страстью, — тихий шепот в губы, и я покорно раскрываю рот, лишь бы получить поцелуй или поймать хотя бы частичку жаркого дыхания эльфа. Но он только дотрагивается языком до нижней губы, подразнив, и шепот перемещается выше.
— В тебе влажно и горячо. Ты сегодня просто ушла в отрыв, Одуванчик. Священный лес! — мне кажется, что он так обращается ко мне, но потом глупый мозг понимает, что это у него такое ругательство. — Сжимаешься так... собираешься кончить?
— Да-а-а, — выдаю я на выдохе. Потому что я правда собираюсь это сделать! Желание внутри накаляется до предела, заставляя сходить с ума.
