Дикое поле

Долго ли туркам поставить заставы на всех дорогах и ловить любого одиночку — конного или пешего? Даже если удастся примкнуть к какому-нибудь каравану, все равно выдадут, и неминуемо окажешься в руках палачей…

Так ничего и не решив, Тимофей проведал лошадей в конюшне. И вновь вышел во двор.

— Эфенди! — окликнули его из-под навеса. Обернувшись, Головин увидел двух турецких купцов. Один был толстый, с красным, словно распаренным лицом. Цветастый халат туго обтягивал его живот, перехваченный синим кушаком с серебряными кистями.

— Да пошлет тебе Аллах благословение, — вежливо поклонился толстяк, а его приятель согласно закивал.

— Пусть будут успешны и ваши дела, — ответил Тимофей. Что им нужно от него?

— Пусть не гневается на нас славный воин, если мы спросим, куда он держит свой путь, — сладко улыбнулся толстяк. — Наверно, в прекрасную столицу султана, повелителя вселенной?

Казак промолчал, не желая отвечать.

— Мы сегодня были очарованы красотой мальчика, приехавшего вместе с эфенди, — говоря о Тимофее в третьем лице, почти пропел мокрогубый. — Прелестный юноша.

— Извините, уважаемые, — слегка нахмурился Головин. — Что вы хотите?

— Не согласится ли эфенди продать мальчишку? — просительно заглядывая ему в глаза, поинтересовался толстяк.

— Мы дадим очень хорошую цену, — по-своему истолковал отказ мокрогубый.

— Может быть, эфенди скажет сам, сколько он хочет за мальчика? — предложил толстяк.

— Он не продается. — Казак положил руку на эфес ятагана, и купцы испуганно расступились. Гордо вскинув голову, он направился к себе, стараясь успокоиться после короткого, но крайне неприятного разговора.

«Ишь чего удумали! Продай им мальчика!» — Головин зло сплюнул и открыл выходившую прямо на улицу дверь комнаты, где расположились его спутники. Быстро оглядев их, заметил что Златы нет.

— Где твоя сестра? — спросил он Богумира.

— Что тебе сказала гадалка? — тут же встрял в разговор любознательный Жозеф. — Обещала горы золота и успех в любви?

— Все они лгут, — откликнулся грек. — Пустое дело верить гадалкам. Им бы только выманить у простака монету.

— Где Злата? — уже раздраженно повторил казак.

— Наверно, во дворе, — улыбнулся болгарин. — Что ты всполошился?

— Она тоже решила погадать, — засмеялся француз. — Все женщины падки на такие штучки.