Дитё. Двойной удар

Цепляясь за обломки, они добрались до потерпевших кораблекрушение и, с трудом отцепляя их руки от деревяшек, еще и отвязывали тела. Они, оказывается, еще и привязаны были, потом стали помогали поднять бедолаг на борт.

Один был мертв, двое на грани жизни и смерти. Первым их осмотрел Немцов, но купца Романова, их бывшего благодетеля, не обнаружили. Да и по одежде было видно, что это простые работяги. Поэтому я на глазах у всех наложил на них руки. В смысле лечил.

Раздались удивленные возгласы, не все из новичков знали об этом моем умении.

— Давайте их в кубрик, накормить и отогреть, — поднявшись с колен, велел я, осмотревшись, тут же гаркнул: — Вы тут что, представление увидели?! А ну марш по местам. Курс на устье Волхова.

Через полчаса ветер был попутный, поэтому мы подняли парус, подошли к устью вытекающей из озера реки и вместе с ожидавшим нас малым ушкуем стали спускаться по течению.

Буквально через час впереди показался город, расположившийся по обоим берегам реки. Их соединял большой деревянный мост, в середине имевший широкие просветы между сваями и высоту.

Но для судов этого все равно было мало. Думаю, придется снять мачты, чтобы пройти дальше под мостом.

Но нам мост пока был не нужен. Не дойдя до него с полкилометра, мы повернули к причалам.

— Это Софийская сторона, а та Торговая, боярин, — показывал мне Федор. Мы шли к Софийской стороне. Именно тут находился дом Красновских, куда мне и было нужно.

— Буря, как я смотрю, и у них изрядно погуляла, вон две ладьи на берег выбросило, и там, кажется, полузатонувший насад у торговых причалов.

Склады порушенные."

"— Нам повезло, что место стоянки защитило нас от ветра и волн, а не то было бы то же самое.

— Да уж, повезло… Смотри. Это что за чудо там за причальным складом стоит?

— Аглицкий фрегат то, боярин. Я такие уже видел.

— Англичане, значит, — задумчиво протянул я, пристально разглядывая часть корпуса, что был виден за складами. Фрегат стоял приткнувшись к берегу, и там явно проводились какие-то работы.

Судя по массе, был он трехсоттонником. Если судить, что «Беда» едва доходила до двухсот, то довольно большое судно. Встряхнувшись, я спросил: — Ты вниз спускался, к этим, потерпевшим. Узнал что?

— Романов жив. Они на берегу расположились, среди деревьев, трое на ладье были, присматривали. Тут ветром ее начало раскачивать, Романов еще двоих послал, дальше тросы лопнули, и их унесло на ту сторону берега, где разбило о берег.