Дневник Бриджит Джонс

Мы с подругами прыгали от радости, что Том оказался жив, но он очень сокрушался из-за Жерома.

– Никто меня не любит, – ныл он.

Я предложила ему прослушать мой автоответчик, на котором записаны двадцать два истерических сообщения от его друзей, сходящих с ума от того, что он пропал на сутки. Значит, можно ставить крест на наших страхах умереть в одиночестве и быть съеденными овчаркой.

– А ведь тело могут найти только через три месяца… оно будет разлагаться и зальет весь ковер… – сказал Том.

И вообще, сказали мы ему, почему из-за какого-то капризного мерзавца с дурацким именем он позволил себе решить, что его никто не любит?

Приняв пару порций «Кровавой Мэри», Том уже смеялся над манерой Жерома к месту и не к месту употреблять термин «самоуглубление», а также над его обтягивающими кальсонами от «Кельвин Кляйн».

Тем временем проведать его позвонили Саймон, Майкл, Ребекка, Магда, Джереми и какой-то юнец, назвавшийся Эльзой.

– Конечно, все мы одинокие, беспомощные психопаты и заботимся друг о друге исключительно по телефону, – сентиментальничал Том, еле ворочая языком, – но ведь мы же почти как семья, правда?

Понедельник, 20 ноября

бутылка «Гран-Марнье»

4 пинты жирных сливок

4 стручка ванили по фунту тридцать девять пенсов каждый

Начать готовить надо сегодня, т.

 к. завтра весь день работаю.

– Бриджит, бога ради, отложи наконец кулинарную книгу! «Дети – жертвы пиротехники». Берем увечья. Радостный семейный праздник оборачивается катастрофой. Берем случай двадцатилетней давности.

Как сейчас живет мальчик, который двадцать лет назад лишился полового члена, потому что у него в кармане взорвалась петарда? Бриджит, ты мне ищешь жертву пиротехники без члена.

Фу-ух. Сорок семь звонков я совершила, пытаясь разузнать, не существует ли где-нибудь общества помощи жертвам пиротехники, лишившимся пениса. Когда я, еле справляясь с раздражением, собралась взяться за трубку в сорок восьмой раз, телефон зазвонил сам.

– Привет, доченька, это мамуля, – говорила она визгливо и нервно.

– Привет, доченька. Звоню с тобой попрощаться перед отъездом, надеюсь, все будет хорошо.

– Перед отъездом? Каким еще отъездом?

– Ах, ха-ха-ха. Я же говорила, мы с Жулиу на пару недель летим в Португалию, повидаться с семьей и все такое, немного подзагореть к Рождеству.

– Ты мне ничего не рассказывала.

– Не говори ерунды, доченька. Разумеется, рассказывала. Ты просто не умеешь слушать. Ну, все. Веди себя хорошо.

– Ах, вот еще что, доченька.