Добровольно проданная

Долго пытаюсь справиться с навороченной кофемашиной, но побеждаю в этой борьбе с техникой. Или, скорее всего, это машина надо мной сжалилась и сдалась, выдав мне латте.

Собираю волосы в пучок, надеваю Наташин фартук с кружевными рюшками и начинаю готовить праздничный ужин. Я даже не знаю, приедет ли Адамади или нет, но надеюсь, что он не оставит меня одну.

Где-то в обед, когда меня одолевают сомнения и отчаянье, на телефон приходит сообщение: «Накрывай стол в гостиной и надевай красивое платье, зайка, я приеду к десяти».

Внутри меня вспыхивает целый фейерверк эмоций. Сердце колотится, готовое вырваться из груди, накрывает эйфорией, настроение подскакивает, и дела идут быстрее.

На часах почти десять. Стол накрыт. Я выключила свет, зажгла на елке огни и свечи. Не хватает только камина, но, к сожалению, я не могу его разжечь. Красиво, уютно, пахнет мандаринами, хвоей и вкусной едой. По крайней мере, я очень надеюсь, что это вкусно. Я старалась.

На мне синее платье без рукавов с широкой юбкой до колен и с атласной лентой вместо пояса.

Это единственное платье, которое выбрала я сама, а не Виктория. Надеваю чулки и туфли, как нравится Константину. Распускаю волосы.

Нервно поправляю скатерть и осматриваю стол: утка с апельсиновым соусом, пара традиционных салатов. Может, Константин и не ест такое, но я не представляю Нового года без оливье. Еще я сделала тарталетки с икрой и красной рыбой, выложила в вазу фрукты и конфеты. А теперь нервно поправляю волосы и хожу по гостиной, не зная, куда себя деть.

Мне как-то очень волнительно. Но это не страх, это, скорее, предвкушение. Мне очень хочется, чтобы Константину все понравилось: от моей еды до наряда.

Я вижу, как его машина останавливается возле главного входа, и отбегаю от окна. Сначала встаю возле елки, а потом понимаю, что это глупо — я как ребенок в ожидании Деда Мороза, поэтому сажусь в кресло, пытаясь расслабиться.

Вопреки моим ожиданиям, Адамади не в костюме, каким я привыкла его видеть. На нем синий джемпер в тон моему платью и потертые джинсы.

Рукава закатаны, на правой руке часы с массивным металлическим браслетом, и небрежно растрепанны волосы. От него пахнет терпким парфюмом, сигаретами и снегом. Но мне нравится этот его образ, так он выглядит мягче и проще. Константин серьезно осматривает гостиную, задерживаясь взглядом на столе и елке, а потом слегка улыбается, обращая на меня внимание, и меня немного отпускает.

— Привет, — улыбаюсь ему в ответ и замираю.

— Добрый вечер, София.