Дочь княжеская. Книга 4

До человеческих жертвоприношений, поняла Хрийз, не дошло только потому, что княжна — я, чёрт возьми, я, Хрийзтема-младшая! — вернулась вовремя. Стабилизирующий центр в виде правителя, пусть юного и неопытного, пусть — серьёзно больного, и мага Жизни к тому же, — приостановил распад.

Как разобраться? Когда всё вокруг не то, чем кажется. И чем дальше, тем больше. Хрийз невзлюбила Сихар, почти возненавидела её, а оказалось — напрасно.

«Лучше бы я продолжала улицы мести», — обречённо подумала Хрийз в который уже раз.

Знатное происхождение и власть над княжеством — нечто потяжелее, чем красивые платья, высокие замки, влюбленные мужчины и всеобщее восхищение.

— Почтенная аль-нданна, — выговорила Хрийз, вежливое обращение к горцу такого ранга и статуса само прыгнуло на язык, — я вас очень прошу в дальнейшем истребовать ваши долги у всех, кто вам обязан, как-нибудь иначе. Вы нужны Третьему миру. Вы нужны княжеству. Вы нужны мне! Я отпущу вас… но еще не сейчас. Пожалуйста, останьтесь с нами. Со мной.

— Моя жизнь в руках Канча сТруви… — неуверенно выговорила аль-нданна.

— Я найду способ убедить его, — заверила Хрийз.

Она понятия не имела, как будет убеждать старого упрямого неумершего, который делает, что хочет, и, самое обидное, силён достаточно, чтобы не оглядываться даже на имперского наместника, которого сам же и вырастил из пленного сопляка врагов. Но знала, что когда придёт время — слова найдутся. И слова, и доводы.

— Вы так зовёте меня на службу? — не поверила аль-нданна своим ушам.

— Я так зову вас на службу, — кивнула Хрийз. — Будете моим советником?

— В обмен на тень того, что вы, возможно, убедите старую нежить вернуть обратно под мою власть нить моей жизни? — горянка покачала головой. — Слишком, — пошевелила она пальцами, — слишком зыбкое обещание.

— Я исполню его, несмотря ни на что, — твёрдо выговорила Хрийз.

— А знаете, а я вот соглашусь! — внезапно приняла решение горянка. — Я соглашусь! Вы — храбрая сильная девочка, вы мне нравитесь.

Аль-нданна вдруг опустилась на одно колено и выговорила:

— Моё дыхание, моё дело и моё слово — ваши, пресветлая княжна Хрийзтема Браниславна.

— Я принимаю их, — кивнула Хрийз.

И будто в воздухе родилась от произнесённой ею фразы незримая волна, родилась и прокатилась во все стороны, свидетельствуя миру о заключённом соглашении между пленницей и действующим правителем княжества.