Дочь седых белогорий

Каждый спешил заготовить запас высококалорийной пищи впрок как можно больше, чтобы хватило на долгую, суровую зиму и даже весну не только себе, но и своим собратьям.

Рябые кедровки, оглашая тайгу громким треском, призывали к себе не только подруг, но и мохнатых грызунов. Едва Загбой появлялся в поле зрения бурундуков, как те спешили оповестить о нем своих соседей. А когда он скрывался за стволами деревьев, сзади тоже доносился посвист, но уже успокаивающий. Получалось, что о передвижении человека знали все звери. Это несколько смущало, так как эвенк привык слушать и видеть тайгу, а не представлять свою персону на всеобщее обозрение другим.

Как можно увидеть оленя, сохатого или медведя, если они о тебе знают задолго до приближения? Впрочем, о более крупных представителях тайги он знал по многочисленным следам. Самый большой из них – след медведя. Он был повсюду: примятый мох, объеденные шишки и, конечно же, многочисленные красноватые кучи переработанной шелухи.

Даже с первого взгляда Загбой определил, что в этом займище сейчас живут и накапливают жир сразу несколько особей.

Как и всегда бывает при достаточном обилии корма, они заключают между собой негласное перемирие, что позволяет им занимать территорию более плотно. И бывают случаи, когда два и даже три крупных зверя кормятся неподалёку друг от друга, в зоне слышимости. В другое же время года эти соседства нереальны, так как право на владение определённой территорией у медведей достаётся клыками и зубами, что порой нередко приводит к гибели одного из соперников.

Чирва и Илкун закрутились. Свежие запахи амикана всегда действовали на собак особо. Они понимали свою задачу: задержать, закрутить, облаять зверя, так как были охотниками, зверовыми эвенкийскими лайками и верными помощниками человека. И должны были понять, чего хочет Загбой. Если он останавливал оленя, поощрял их поведение, травил и тропил след вместе с ними, начинали охоту. А если же, наоборот, был равнодушным, собаки, чувствуя это, тоже бросали охоту и переключались на что-то другое.

Сегодня хозяин проехал мимо медвежьих следов. У Загбоя более важная цель: ознакомление с охотничьими угодьями. А медведи подождут. Ещё есть время. Пусть лохматый амикан нагуляет побольше жира, который будет нужен долгой холодной зимой.

И вот сейчас, когда вдруг Чирва наскочила на «парную мозоль», Загбой четко скомандовал:

Лайки поняли его команду как отказ от промысла, побежали дальше вперёд.

Большую часть промыслового зверя в кедровнике составляли белки.